0
2671
Газета Кино Печатная версия

11.09.2018 18:06:00

Евгений Цыганов в платье удивил Венецию

Российское кино завоевало награду европейского кинофестиваля

Тэги: венеция, кинофестиваль, российское кино, призы, алексей чупов, наталья меркулова, наталья кудряшова

Полная On-line версия

Егерь Егор готовится к смерти крайне необычно. Кадр из из фильма

Россию на Венецианском кинофестивале представляла картина Алексея Чупова и Натальи Меркуловой «Человек, который удивил всех» – не в основном конкурсе, а в параллельной (но то же конкурсной) программе «Горизонты». И фильм не остался без призов: исполнительница главной женской роли Наталья Кудряшова была названа лучшей актрисой этой секции. Хотя в большей степени в картине удивляет все же главный герой – его играет Евгений Цыганов, который пытается обмануть смерть, переодевшись в женщину.

Оказавшийся в больнице после несчастного случая в лесу егерь Егор (Цыганов) узнает, что смертельно болен – рак в терминальной стадии. Врачи разводят руками, односельчане сочувственно похлопывают по плечу, сам Егор готовится к смерти, приводит дела в порядок – выздоровление сродни чуду, в которое в глухой русской деревне никто, конечно, не верит. И только беременная вторым ребенком жена Наташа бьется до последнего, собирает деньги, договаривается о приеме у заезжего профессора, тащит Егора к знахарке – последнее сперва похоже на лохотрон с магическими пассами руками и шаманской музыкой из старенького приемника. Но именно от этой знахарки слышит Егор сказку-предание о селезне, притворившимся уткой и так обманувшим смерть, когда та пришла за ним. И, никому ничего не сказав, покупает косметику, туфли и платье.

С формальной точки зрения «Человек, который удивил всех» для российского кино выглядит как нонсенс – мужчина переодевается в женщину, разве у нас такое можно? Только вот фильм совершенно не о том, о чем можно подумать, увидев кадры с Цыгановым в мини. Хотя, конечно, и об этом тоже. Режиссеры рисуют не то чтобы безнадежную, но безрадостную картину нетерпимого, нечуткого мира – нашего мира. В котором вчерашние сочувствующие горю друзья бросаются на тебя как бык на красную тряпку, стоит тебе решить отчего-то жить или выглядеть иначе. Затопчут, забьют, выгонят – ты уж лучше умри, как здесь говорят, «мужиком». А если не хочешь умирать... Как Егор, апатичный, молчаливый, но с такой, как оказывается, жаждой жизни, что не страшно ему стать изгоем даже внутри собственной семьи, не страшно ни физическое, ни моральное унижение.

Чупов с Меркуловой не смакуют чернуху, не создают совсем уж беспроглядную картину, не клеймят безжалостно плохих – но и благостной сказочки с выхолощенной картинкой нет. Мир их фильма не черно-белый, он, как есть, серый, грязный, в котором все яркое слепит и режет глаз. Отдельного внимания заслуживает операторская работа – камера Марта Таниэля (он же снимал и предыдущую работу режиссерского дуэта, фильм «Интимные места») не просто следует за персонажем, а будто подглядывает, стараясь не нарушить ни ритуал, ни обет молчания, который дает герой Цыганова. Заглядывает в щелки между рассохшимися досками забора, у которого с нездоровым любопытством толпятся селяне, в замасленное окошко бани, где поначалу робко, под покровом ночи переодевается Егор, петляет между деревьями в лесу, слишком редком, чтобы спрятаться от внешнего зла. Через объектив и зритель будто оказывается в той сибирской глуши – как физической, так и душевной. Хотя зачем так далеко ходить.

Во многом это действительно что-то близкое к магическому реализму, что-то сказочное, родом из древних верований, укоренившихся в сознании через много поколений. Конечно, с поправкой на действительность, жестокую, не щадящую отдельного человека, российскую. И в этом смысле фильм Чупова и Меркуловой выглядит самым точным описанием загадочной русской души, в которой сострадание граничит с ненавистью, вера в чудо – с недоверием к близкому, желание отдать последнее – с обесцениванием жизни. Это кино и правда не про принятие себя, а про непринятие другого. А еще, конечно, про любовь – к жизни, к семье, к близким.

Цыганов и Кудряшова играют ее по-разному, но именно они двое выводят историю, которая кому-то покажется ЛГБТ-драмой, кому-то – попросту русской драмой, а третьему – сказкой и выдумкой, на уровень универсального кино, говорящего языком, понятными в любой точке мира. И это при том, что добрую половину фильма эти двое и вовсе молчат. Но сколько в этой тишине боли, мужества, самопожертвования, страха и преодоления, сколько нежности во взглядах друг на друга, сколько интимности в прикосновениях, сколько любви. Действительно, невозможное для России кино, но единственная возможность что-то изменить – и не только в кино.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также