0
1601
Газета Культура Печатная версия

21.05.2018 00:01:00

"Гроза" возвращается на круги своя

Спектакль Андрея Тимошенко стал прологом к фестивалю "Родниковое слово"

Тэги: театр, фестиваль, родниковое слвоо, архангельск, гроза, андрей тимошенко, театральная критика

Полная On-Line версия

Со дна лодок появляются иногда озаренные счастьем лица. Фото с официального сайта Архангельского театра драмы им. М.В. Ломоносова

К VI Международному фестивалю имени Федора Абрамова «Родниковое слово» в Архангельске «Гроза» стала прологом, не входя в основную программу. Режиссер и сценограф спектакля Андрей Тимошенко поставил мощную драму. Его Калинов расположен не на Волге, а на суровой северной реке, возможно даже, подобно Архангельску, на Северной Двине, берег которой заполнен старыми, явно дающими течь лодками.

Если начать отсчет постановок «Грозы» Островского с fin de siиcle, то это спектакль Генриетты Яновской в Московском ТЮЗе. Классическая пьеса была деконструирована в традициях «постмодернистской чувствительности» с ее чутким прислушиванием к жизни. В спектакле не было Волги; были то ли ирригационные сооружения, то ли водопроводные трубы, и действие происходило в тесном коммунальном пространстве. Далее деконструкция пьесы ужесточалась. Спектакль Нины Чусовой в «Современнике» запомнился посещением Путина и гэгами, один из которых имел особенный успех. Спускаясь по лестнице с голубятни, Катерина спотыкалась и падала с восклицанием «Отчего люди не летают?» У Льва Эренбурга в спектакле Магнитогорского театра Катерина остается жива. У Михаила Бычкова, фаната Андрея Платонова, действие переносится в советскую эпоху. Эту линию можно продолжить. Деконструкция «Грозы» талантливыми режиссерами убеждала. Добролюбову с его темным царством и лучом в нем мстили за школьные годы и насильственные культпоходы в театр. Но случился перелом. Андрей Могучий поставил «Грозу» в БДТ в жанре трагедии, насытив действо не только песенной стихией, но и оригинальной музыкой Александра Маноцкова. Борис же получил оперную партию, исполнявшуюся солистом Михайловского театра Александром Кузнецовым. Цветной певучий мир спектакля связан с публикой «дорогой цветов», помостом, идущим от сцены через зрительный зал, как в японском театре кабуки, символизируя связь артистов и зрителей. В «Грозе» Архангельского театра драмы имени Ломоносова, премьера которой состоялась одновременно со спектаклем БДТ, так же возведена «дорога цветов». На этом совпадения заканчиваются.

У Тимошенко неброско одетый под стать неяркой природе люд в праздничные дни гуляет по берегу. Действие разворачивается в пасхальные дни. Люди поют – вдохновенно церковные песнопения, задорно – шуточные песни, широко, протяжно – лирические. Слаженная работа композитора Леонида Лещёва и хормейстера Олега Щукина создает особую атмосферу, в которой контрастируют поэтичность и будничный быт с домостроевскими правилами. Выразительно, с большим чувством исполняемые песни странно и дико сочетаются с грубостью общения, продиктованной патриархальными порядками. Но быт - только оболочка происходящих душевных драм. Среди этих людей нет злодеев. Они обыкновенны. Как писал о них Добролюбов в статье «Темное царство», «если и угнетают других, то больше потому, что это никакого усилия не стоит, так все податливы и покорны». Такими предстают в спектакле Кабаниха (Гульсина Гусева) и Дикой (Виктор Гусев). На них лежат их обязанности, продиктованные вековым опытом предков и генетически им передавшимся. Режиссер не отступает от классической традиции, отлично вписавшейся в поэтику спектакля. Не они протагонисты. Протагонисты - молодое поколение, и оно психологически далеко не однородно. Брат и сестра, Тихон и Варвара, настолько разные, что кажется, что их не связывают родственные отношения. Покорный, трепещущий перед грозной матерью Тихон (Михаил Кузьмин) затаился до поры до времени, смиряя бушующие в нем силы. Артист дает понять скрытую в нем удаль, нетерпеливо выслушивая наставления матери перед тем, как тронуться в путь. Он переступает с ноги на ногу, выдавая свое нетерпение, но слепо выполняет все материнские приказы, касающиеся жены.

Варвара (Мария Беднарчик) предстает вовсе не бедовой девчонкой, которой всё нипочем. Она скрытная, внутренне деликатная, потому ее и любит Катерина. Их отношения тонко прочерчены. Варвара по-русски жалеет Катерину, презирая брата за его покорность матери.

Кудряш (Иван Братушев) решен неожиданно. Он знает, что Дикому без него не обойтись, потому и позволяет ему хозяин всякие вольности. Горячий, страстный, темпераментный, он верховодит местными парнями. Шапкин (Евгений Нифантьев) во всем ему подчиняется. Борис (Дмитрий Беляков) – птица, залетевшая с чужого берега. К нему относятся с толикой уважения не потому, что он племянник Дикова, но потому, что в нем чтут человека ученого и порядочного.

Нетрадиционно решены некоторые представители старшего поколения. На «дороге цветов» появлялся Кулигин (Александр Дубинин) с деревянным велосипедом Карла Дрейза, который приводился в движение ногами, находящимися на земле. Эффектный выход носителя прогресса говорит сам за себя. Он человек действия, и ругательства Дикова он воспринимает с достоинством человека, знающего цену себе и другим.

На «дороге цветов» дважды в сопровождении безмолвных, вышколенных лакеев появляется сумасшедшая барыня - филигранная работа Ольги Зубковой. Это не городская сумасшедшая, но древняя Пифия, пророчица, внутренним зрением уже прозревшая судьбу Катерины, внося мистическое начало в спектакль. Образ барыни рифмуется с образом Феклуши с ее рассказами о людских грехах, дальних странах, где она никогда не бывала, о людях с песьими головами. Она видела в каком-нибудь ближнем монастыре икону Святого Христофора Псоглавца. По одной из легенд он избавился от соблазнов, которые несла ему красота, попросив у Бога песью голову. Проклятья барыни красоте, которая есть грех, раскрывает этот символ. Феклуша (Елена Смородинова) уходит по «дороге цветов», выпевая древние, полные тайны стихи, которые подхватывает сопровождавший ее хор жителей Калинова. В этот миг в повествование вторгается Рок. Сцена поднимает на гребень действие, ускоряя его и предсказывая трагический исход.

Катерина (Нина Няникова) удивительно самобытна. Актриса создает лирический образ женщины, наделенной поэзией, прорывающейся внезапными озарениями – из нее вырывается признание о видении столба света в церкви, в котором ангелы поют; не удивляет ее восклицание «Почему люди не летают?». Вся она находится в каком-то ей непонятном ожидании. Это ожидание любви. Сцена любви решена символически, но вся пронизана эротизмом. Со дна лодок иногда появляются озаренные счастьем лица Катерины и Бориса, Варвары и Кудряша. Это история любви человеческой, как у Варвары и Кудряша, и любви Катерины к Борису, которая сильна как смерть. Катерина стала женщиной, и ее одухотворенная красота, видная только сумасшедшей барыне, проявилась воочию. Неподдельно отчаяние Тихона, склонившегося над мертвой женой, впервые восставшего против матери.

Островский писал Катерину для актрисы Любови Павловны Косицкой, которую любил, и вложил в уста Катерины некоторые моменты из рассказов актрисы. Драматург написал о любви Катерины и о своей любви. Как сказано в Первом послании Иоанна Богослова: «Пребывающий в любви пребывает в Боге».

«Гроза» возвращается на круги своя.   

Архангельск–Санкт-Петербург


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также