0
1722
Газета Факты и комментарии Печатная версия

20.06.2018 00:01:00

Потусторонняя армия проповедников

Запрещенное исламское движение продолжает будоражить Киргизию

Канатбек Мурзахалилов

Об авторе: Канатбек Мурзахалилов – эксперт, экс-заместитель директора Государственной комиссии по делам религий Киргизской Республики.

Тэги: йакын инкар, таблиги джамаат, экстремизм, киргизия, преследования


Инкаровцы обвиняют муфтия Максата Токтомушева в «соглашательстве» с властями. Фото со страницы Духовного управления мусульман Кыргызстана в Facebook

По обращению Генпрокуратуры Республики Кыргызстан Октябрьский райсуд Бишкека 15 июня 2017 года признал экстремистским религиозное течение «Йакын инкар» и запретил его представителям распространять свои убеждения. Тем самым «Йакын инкар» стал двадцатой организацией, пополнившей список экстремистских и террористических групп, деятельность которых судами разных инстанций запрещена на территории Киргизии. Но до сих пор ведутся дискуссии о правомерности запрета движения.

Миссионеры не от мира сего

Следует отметить, что до 2016 года в республике не было доподлинно известно о деятельности новоявленного религиозного феномена – длинноволосых бородатых в традиционной пакистанской одежде мужчинах, призывающих людей к соблюдению установлений Аллаха и устоев жизни пророка Мухаммеда.

Считается, что это течение зародилось в недрах религиозного движения «Таблиги джамаат». На сегодняшний день Киргизия является единственной страной – членом ОДКБ, где «Таблиги джамаат» действует легально. В других странах, в частности в России, Казахстане, Узбекистане и Таджикистане, их деятельность признана экстремистской и запрещена на государственном уровне.

Смысл названия «Йакын инкар» в переводе с арабского означает «отрицание всего мирского, кроме Бога». Движение откололось от «Таблиги джамаат» предположительно в начале 2015 года, но где и когда именно оно создано, точно неизвестно, так как его последователи не признают светский государственный строй, а также законы, регулирующие религиозную сферу, и соответственно не были зарегистрированы в официальном порядке. Первоначально они локализовались в основном в Тюпском, Ак-Суйском, Иссык-Кульском районах и городе Каракол Иссык-Кульской области. Позже – в Нарынской и Чуйской областях. Посредством проповеди (даваата) «Йакын инкар» довольно быстро начало расширять ареал своей деятельности, а его приверженцы проникли даже в отдаленные районы Баткенской, Ошской и Джалал-Абадской областей.

Как показали наблюдения, членами «Йакын инкар» в первую очередь становятся молодые люди из регионов с низким уровнем жизни и религиозной грамотности населения. Для молодежи проповедуемые «Йакын инкар» постулаты зачастую оказывались единственным способом самоидентификации, поэтому число адептов движения росло. По экспертным оценкам, в республике общее число приверженцев «Йакын инкар» оценивается в 500–1000 человек.

Бородатые мужчины в пакистанской одежде появились в Киргизии неожиданно, и до сих пор о них мало что известно. Фото с сайта www.azattyk.kg

Инкаровцы отрекаются от всех современных технических достижений, поэтому судить об особенностях их деятельности и идеологии пока достаточно сложно. Также избегают фото- и видеосъемок, практически не берут деньги в руки, выступают за раздельное обучение в школах, согласно нормам шариата, а в случае болезни отказываются от лечения. Чаще всего они не работают, в основном занимаясь сбором пожертвований. Приверженцы течения не признают квоты на хадж, ежегодно выделяемые властями Саудовской Аравии, а также визы и другие разрешительные документы, позволяющие пересекать государственные границы.

В повседневной жизни инкаровцы отращивают волосы, носят длинную одежду, ходят пешком, пользуются только тем, «что Бог послал». Они пытаются жить как во времена пророка Мухаммеда. Последователи движения довольствуются малым и считают, что никто не имеет права управлять человеком, кроме Аллаха.

По мнению директора аналитического центра «Религия, право и политика» Кадыра Маликова, «Йакын инкар» заявила о себе как группа, не признающая нововведений в среде «материнской» организации – «Таблиги джамаат». Напомним еще раз, что таблиговцы в стране не запрещены. Мало того, они встроены в систему официальной духовной власти. Эксперт, рассматривая роль государства в регулировании деятельности «Таблиги джамаат» через Духовное управление мусульман Кыргызстана (ДУМК), утверждает, что «вот здесь и появилась протестная группа из малого числа даваатистов, которые отвергли все нововведения и стали обособленной группой (называя себя группой «йакына», то есть подчеркивая свою особую набожность путем полагания лишь на Аллаха, и сохраняя даваат в первоначальном виде, как в XIX веке). Остальных (большинство) даваатистов они называют «асбаб», то есть теми, кто полагается на причину (обстоятельства современного мира. – «НГР») больше, чем на веру».

Муфтий Кыргызстана Максат Токтомушев, выражая свое недовольство религиозными течениями, идеология которых противоречит нормам ханафитского мазхаба, заявил, что «есть некоторые группы, которые проповедуют аскетизм, например, говорят, что можно не лечиться, не есть, а уповать и опираться только на Аллаха». «При этом, – утверждает он, – не будет человека, который ближе всех и сильнее всех верит Аллаху, чем пророк (Мухаммед. – «НГР»). Хотя он и был пророком, он использовал лекарства, ел, а когда шел воевать, брал оружие и защитное снаряжение. Это не говорит о том, что он был против Аллаха или не верил в него. Почему же мы должны отказываться от такого порядка? Это неправильно».

В свою очередь, последователи «Йакын инкар» критикуют самого муфтия. По их мнению, муфтий нарушил правила миссионерства, сотрудничая с политической властью и возглавив ДУМК. Они считают (такие выводы сделаны на основе бесед автора с членами «Йакын инкар» в ходе полевого исследования в рамках проекта НИИ «Исламоведение» в августе 2017 года в Баткенской области), что в миссионерстве не бывает руководителей и других должностных лиц – «все равны перед Всевышним». Следует отметить, что ныне действующий глава мусульман страны одновременно является одним из лидеров «Таблиги джамаат» в Киргизии.

Свою проповедническую миссию последователи «Йакын инкар» проводят без согласования с имамами, в результате в мечетях республики образовалась параллельная вертикальная структура. В свою очередь, члены течения заявляли, что не признают установленных ДУМК правил по осуществлению проповеди, регулируемой специальным Положением об отделе «Даваат». Согласно документу, лица, осуществляющие даваат, обязаны обратиться в ДУМК и получить соответствующее письменное разрешение. При этом они должны осуществлять свою проповедническую деятельность под непосредственным контролем казыятов, главных имам-хатибов районов и городов.

Работа правоохранителей

До официального запрета «Йакын инкар» сотрудники правоохранительных органов задерживали нелегальных проповедников, ссылаясь на вышеуказанное положение. По словам руководителя пресс-службы Главного управления МВД по городу Ош и Ошской области Жениша Аширбаева, «милиция задерживает последователей «Йакын инкар» во время незаконного миссионерства, без соответствующих разрешительных документов, поэтому их привлекают только к административной ответственности». Например, в Оше в 2015 году были задержаны 15 последователей «Йакын инкар», а в Нарынской области в 2016 году задержаны 200 его адептов. В качестве наказания назначалось пять суток заключения под стражу или административный штраф в размере от 300 до 500 сомов (почти равнозначно сумме в российских рублях).

После официального запрета отдельные религиозные организации в лице общественных фондов были обеспокоены тем, что запрет, наложенный на «Йакын инкар», может в целом негативно сказаться на осуществлении исламской проповеди. В связи с этим они обратились в Бишкекский городской суд с исковым заявлением об отмене решения первой судебной инстанции. На сегодняшний день отсутствует информация по данной кассационной жалобе.

После вступления в законную силу судебного акта по запрету деятельности «Йакын инкар» киргизские СМИ пестрят сообщениями о задержании членов движения. Так, 20 октября 2017 года в одной из мечетей в селе Беловодском Чуйской области во время проведения внеочередного съезда «Йакын инкар», где собрались делегаты из всех областей Киргизии, задержан их лидер – 47-летний К.Н. Московский районный суд вынес решение о заключении задержанного под стражу в СИЗО-1 Бишкека. По сообщению УВД Чуйской области, ранее он более 20 раз ездил в Индию и Бангладеш для участия в ежегодных собраниях лидеров разных религиозных движений.

К.Н., попав под влияние исламистской идеологии, в 2003 году начал переводить книги мусульманских богословов с урду на киргизский и русский языки. Он перевел более 20 книг. Активно критикуя представителей муфтията за «политизацию» движения «Таблиги джамаат» и стремясь к власти, К.Н. достиг определенной популярности и основал ячейку «Йакын инкар». Он женат на двух женщинах одновременно и имеет 12 детей, которым запрещает посещать общеобразовательные учреждения и получать социальные услуги, в том числе медицинские. Кроме того, суд выдал санкцию на обыск по двум адресам, где проживал задержанный.

14 марта с.г. в руки правоохранительных органов попали семь граждан из Араванского и Узгенского районов Ошской области. 1 марта в Оше осудили девятерых, признанных членами течения «Йакын инкар». Ошский городской суд обвинил их в «распространении идеологии религиозно-экстремистского течения», осудил на 3–4 года лишения свободы в колонии усиленного режима. Кроме того, в апреле Кара-Суйский районный суд осудил условно на два года 24 человека, распространявших идеи религиозной организации. Ночью 15 марта задержан еще один член «Йакын инкар», готовивший взрыв в магазине «Народный» на улице Ахунбаева в Бишкеке.

20 марта в Кадамджайском районе Баткенской области задержали 13 членов «Йакын инкар». Задержанные прибыли из Нарынской и Джалал-Абадской областей для агитации местных жителей вступить в их ряды. Задержанные водворены в изолятор временного содержания Кадамджайского РОВД.

В отношении всех задержанных открыты уголовные дела по статье «Возбуждение национальной, расовой, религиозной или межрегиональной вражды» Уголовного кодекса Киргизской Республики.

Pro et contra

Представляет ли на самом деле деятельность «Йакын инкар» угрозу национальной безопасности, призывает ли движение к экстремистским действиям? Если да, в чем эта опасность заключается? Мнения представителей государственных органов, экспертов и богословов по этому поводу существенным образом разнятся.

По словам сотрудника 10-го отдела УВД Иссык-Кульской области Жаныбека Абасканова, местным структурным подразделениям ДУМК последователи «Йакын инкар» не нравятся тем, что «они волосы стригут каскадом, носят дамбалы». Вероятно, под словом дамбалы, то есть «панталоны», имеются в виду короткие штаны – отличительный признак ревнителей «чистого ислама». «При этом каких-то незаконных действий они не совершают. Они такие же мусульмане, просто не подчиняются имамам», – говорит Абасканов.

По мнению эксперта Азаматта Апсатарова, «члены течения наставляют граждан на неправильный путь. У них есть понятие «бадаат», означающий все, что находится вне религии». «На агитацию инкаровцев быстро поддаются дети. Им говорят, что пророк не ездил на автомобиле, не пользовался компьютерами, заставляя детей от них отказываться», – рассказывает он.

Аналогичной точки зрения придерживается и казы (местный исламский лидер) Джалал-Абадской области Абдулазиз Закиров. «Мы против действий тех людей, которые называют себя «инкар», «йакын» и делают неправильные вещи. Это не по шариату и не по законам. Просто лежать дома и ничего не делать, говоря, что «Бог даст», – это неправильно. Нужно трудиться, стараться», – утверждает он.

Эксперт Центра исследований религиозной ситуации Киргизской Республики Айбек Тилекматов считает, что «течение ориентируется на образ и веру ранней мусульманской общины и выступает против любых нововведений в жизни мусульман, против общественного уклада и национальных традиций страны». По его утверждению, «в местах появления адептов «Йакын инкар» идет противостояние между ними и местным духовенством, что приводит к вмешательству органов внутренних дел». Он поясняет, что «причина конфликта – идейное противоборство, неприемлемость традиционного ислама ханафитского толка движением «Йакын инкар».

Кадыр Маликов подтверждает, что религиозное течение по своему духу ближе к салафитам Саудовской Аравии, то есть к тем, кто ориентируется на образ жизни и веру ранней мусульманской общины и выступает против любых нововведений в жизни мусульман. Причем такое деструктивное поведение члены «Йакын инкар» проявляют как во время даваата, так и в повседневной жизни. По его мнению, «данная группа имеет определенные признаки фанатизма и противоречит не только традиционным формам ислама в Кыргызстане, но и общественному укладу, национальным традициям и прогрессу (науке, культуре)». «Поэтому по своему характеру она не экстремистская и не террористическая, но имеет деструктивную направленность», – считает эксперт.

Заведующий южным региональным отделом Государственной комиссии по делам религий Киргизской Республики Ысакбай Камалов говорит, что «Йакын инкар» было запрещено из-за отказа от соблюдения законов и конфликтов с местными властями и правоохранительными органами. По его утверждению, «все это копилось и привело к тому, что организация была признана экстремистской».

Между тем религиовед Икболжон Мирсаитов сказал, что «течение запрещено за проповедование отказа от образования, лечения и других противоречащих кыргызстанскому законодательству идей». «Со дня запрета организации число ее последователей стало уменьшаться», – отметил он и пояснил, что «некоторые отказались от этих убеждений».

Весьма интересную версию выдвинула религиовед Индира Асланова. Она считает, что «Йакын инкар» не нужно было запрещать именно с использованной судом формулировкой. Насильственных действий со стороны приверженцев течения не было, поэтому говорить о подрыве конституционного строя, призывах к насилию и так далее с их стороны довольно сложно. Характеризуя стратегию пацифистско-нетрадиционных течений ислама, Асланова утверждает, что «история религии дает очень много примеров таких аскетических движений, которые отказываются от форм и норм мирской жизни и уходят вглубь себя». По ее мнению, «работать с «Йакын инкар» надо было немного в другом ключе, больше на уровне вовлечения в культурную и общественную жизнь, проведения теологических бесед. Но признание их в качестве экстремистов автоматически криминализировало принадлежность к организации».

Отдельные богословы считают последователей «Йакын инкар» безвредными и неопасными для общества людьми, имеющими свое особенное мировоззрение отвергающих современные условия жизни. Так, заведующий отделом «Даваат» ДУМК Билал Сайпиев утверждает, что были случаи, когда последователи движения не соблюдали законов и предписаний, но признание организации экстремистской было излишним. По его мнению, «книги, которые они читают, речи, которые произносят, не противоречат Конституции. В пропагандируемых ими вещах или в их поступках нет ничего такого, что призывало бы к экстремистской и террористической деятельности или толкало бы на это».

Необходимо отметить, что на фоне снижения уровня образования в целом, а также ореола мучеников фундаменталистские взгляды последователей «Йакын инкар» позволили завоевать определенную популярность среди верующих. Несмотря на умеренность декларируемых проповедниками намерений, отмечалась радикализация их последователей, имеющих довольно специфические взгляды с долгосрочной перспективой исламизации общества. Все же можно сделать вывод о том, что дальнейшая активизация, беспорядочный и хаотичный даваат в последующем могут привести к возникновению очагов религиозной напряженности, которая создаст угрозу обществу и государству.

Бишкек


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также