0
6
Газета Печатная версия

06.09.2018 00:01:00

Вода дырочку найдет!

Людмила Улицкая об экологичном чтении, сетевом разнотравье и народных книгах

Тэги: проза, франция, медичи, цензура, гумилев, мандельштам, хармс, россия, литинститут, самиздат, эмиграция, владимир набоков, иосиф бродский, иван бунин, гмо, экология, европа, космизм, атеизм, этика, кино, революция, коррупция

Людмила Евгеньевна Улицкая – прозаик, переводчик, сценарист. Родилась в Башкирии. Окончила биологический факультет МГУ. Работала в Институте общей генетики АН СССР, завлитом Камерного еврейского музыкального театра, писала очерки, пьесы, рецензировала пьесы, переводила стихи. Публиковаться начала в конце 80-х, известность пришла после снятых по ее сценариям фильмов «Сестрички Либерти» (1990), «Женщина для всех» (1991) и повести «Сонечка» (1992). Первая книга «Бедные родственники» (1993) вышла во Франции. Автор множества книг, лауреат премий, в числе которых «Русский Букер» (2001) за роман «Казус Кукоцкого», Премия Пенне (2006), премия «Большая книга» (2007), Австрийская государственная премия по европейской литературе (2014).

Единственный способ – жить,
распространяя вокруг себя идеи
сострадания и милосердия.
Вильям Бугро. Милосердие. 1878. 
Музей искусств колледжа Смит,
Массачусетс (США) 

О новой серии прозы, о том, что читать – и читать ли, о нетленках и «тленках» поуехавших и оставшихся в давно разоблаченном мороке родины авторах с Людмилой УЛИЦКОЙ побеседовала прозаик, лауреат премии «Нонконфоризм» 2012 года Наталья РУБАНОВА.


– Людмила Евгеньевна, вы начали публиковаться после сорока: результаты хорошо известны. Не слишком ли много внимания уделяется сейчас молодым авторам (до 35 лет), когда резонно было б поддерживать уже состоявшихся, но оказавшихся ныне на обочине литпроцесса и которым «40–50 плюс»? Те же Валерия Нарбикова, Елена Сазанович… «И-и» в данном случае в России не работает: поддерживать младых – модно (как детдому помощь оказать), тогда как в условный дом престарелых вкладываться не так престижно: отработанный материал… Будучи существом пишущим и по иронии судьбы существом с приставкой «литагент», все чаще сталкиваешься с тем, что называется литературным геноцидом. Чем талантливее текст, тем сложнее издать книгу. Бумажную книгу. Такое случалось не раз и не два, и это совсем не забавная, не милая история – трепещущие за место редакторы делают вид, будто писателя не существует. В корзину летят еще те нетленки, цензура не только тематическая, но и стилистическая. «Как это продавать?» – слышны голоса функционеров от литературы. Есть ли противоядие или не стоит даже пытаться?..

– Ваши рассуждения о возрастных градациях я просто не поняла, а выражение «литературный геноцид» слышу впервые. И слышать мне это смешно: если уж вы хотите такой термин ввести в оборот, то он гораздо более уместен для более ранних времен, когда писатели платили очень высокой ценой, а иногда и жизнью за свое творчество. Имена Гумилева, Мандельштама, Хармса, Введенского и многих других литераторов первого ряда стоят на золотых полках. А кто помнит имена тех гэбэшников и их послушных редакторов, которые их травили и уничтожали? Нетленки сегодня в корзины, как мне кажется, не летят. Есть возможность повесить в Сети все что угодно, от стихотворений до романов. То, что раньше называлось самиздатом и преследовалось, сегодня прекрасно существует. Раньше был диктат идеологии в России, а сейчас диктат рынка, и он как раз работает во всем мире, не только в России. Добавить к этому могу только одно: быть писателем – дикая роскошь и блажь. У меня была другая очень хорошая профессия, и жизнь как-то вытолкнула меня в писательство: я испытывала от этого первые лет двадцать дискомфорт. Сейчас множество людей пишут книжки, оканчивают Литинститут, считают, что их должны издавать. Да, кого-то будут издавать, кого-то не будут. Это врачи и учителя, повара и медсестры всегда нужны, а писатели – только те, кого люди хотят читать. А остальные пусть пишут сколько угодно, это большой кайф, пусть получают удовольствие, умнеют в процессе письма. Я всегда это говорю начинающим: пишите, это полезно. А издавать вас никто не обязан.

– В случае с талантом (не суть, 19 автору или 90) это и есть литгеноцид. Не забудем и о молохе литкоррупции – конвейерной продаже простецких букв, о намеренном снижении планки, усреднении вкуса, убийстве алхимии текста. О музыке слова, тонком слухе нет речи: «Пишите проще!» Жертвоприношение дара для удобства усредненной системы фальшивых ценностей. Посмертное признание: «Недооцененный писатель…» Термин мой – литгеноцид. И он необязательно предполагает физическое уничтожение: необязательно быть Бабелем, чтобы чумная длань расстрельного списка коснулась тебя. Глоток воздуха – литжурналы «Знамя» или «Урал», однако они не могут вместить в себя все авторское разнотравье. Выход таланта в открытую Сеть неизбежен: как вы относитесь к интернет-публикациям, суета сует?..

– Очень хорошо отношусь к существованию сетевой литературы. Это не суета, а литературный процесс нового времени. Мои тексты часто вывешивают в Сети, как правило, пиратским способом, но меня это не огорчает. Напротив, даже радует. Бумажные книги стали такими дорогими, что мне часто бывает неловко перед читателями. А разнотравье пусть цветет в Сети. Уверена, что лучшее напечатают. Если вообще еще кто-то будет читать книги на бумаге. О каком жертвоприношении таланта вы говорите? Какой системе в угоду? Системе, слава тебе господи, совершенно все равно, что там пишут писатели, лишь бы не писали в газетах о коррупции и помойках. А про таланты не беспокойтесь – вода дырочку найдет! У меня был друг, покойный уже поэт Дмитрий Авалиани, прекрасный поэт. Он сидел в каморке консьержа в писательском доме, мимо него ходили бездарнейшие литераторы, а он как был талант, так и остался, хотя при жизни у него и публикаций почти не было.

– Разве это нормально, когда у таланта при жизни публикаций почти нет?.. Сравнивать же бумажные и электронные книги тоже не хотелось бы: лед и пламень не столько различны меж собой… ОК, обойма так называемых классиков XXI века вполне себе состоялась, имена на слуху, однако у них есть и современники, не менее одаренные. В частности, эмигрировавшие. Литература уходит в сетевой космос, ибо «нашенские» премиальные вести с полей не вызывают большого желания читать ангажированные книги. Все уже было: дубли, дубли... часто слышу: «Надоели!»

– Никакой обоймы классиков XXI века нет. XXI только начинается. Градусника для измерения одаренности писателей еще не придумали… Ваша точка зрения? Моя? Дмитрия Быкова, которому я очень доверяю, он все прочитал и все знает в отличие от меня и, думаю, вас. Мне трудно с этим согласиться. А если надоело, то и не читайте. Никто и не принуждает. В русской литературе дважды происходили такие разделения: после революции, когда часть писателей эмигрировала (простите, Набоков и Бунин), и второй раз – не считая послевоенной эмиграции – в конце ХХ века. Таких крупных фигур не было, но были хорошие писатели и поэты (назовем, для примера, Бродского). Думаю, в российских издательствах сегодня напечататься уехавшим из России совсем не сложно. А что читать – это выбор читателя… никто не заставляет читать «Молодую гвардию» Фадеева.

– Среди мэтров из «несуществующей» отечественной литобоймы нет тех, кем мне хотелось бы восхищаться: давно не читаю премиальных нетленок. И – не соглашусь с вами, ибо не понаслышке знаю – были прецеденты: напечататься уехавшим сложнее, нежели тем, кто остался в этой стране – в силу человеческого фактора в том числе… Редакторы любят, чтоб к ним ходили. Физически. Издатели всея Руси, как и прочие «боги в законе» типа киношников, должны б на самом деле формировать вкус: вместо этого мы имеем то, что имеем – расцвет масслита в виде сентименталки и остросюжетной парапрозы, сериальные зомбоистории и прочие речевки для введения в мозг электората с ограниченными интеллектуальными возможностями. Настоящая литература и кино в упадке: минимальные тиражи, минимальный прокат. Читатель, он же зритель, покорно отдыхает с порнографической коробкой попкорна. В Европе с этим как?

– В Европе ровно то же самое. Я постоянно говорю о том, что сегодня люди очень внимательно исследуют упаковки продуктов, нет ли там ГМО и какой срок годности, чтобы не впустить в желудок чего-то некачественного. Это диктуется экологическими соображениями. А что они впускают в свои головы, их не тревожит. Существует также экология чтения. Это личная ответственность каждого человека.

– Вы создали отличный проект «Детство-49. А завтра будет счастье», отбирали рукописи для других сборников «Народная книга». Что они значат для вас и будут ли новые серии?

– Новых серий, кажется, не будет. Человек, который вел этот проект, из издательства ушел. Это была очень хорошая мысль – издавать такие «народные книги». Если предложат, я не откажусь в этом участвовать.

– Вам присылают немало текстов. Кого из авторов порекомендуете издателям? Что читаете сейчас, что цепляет, волнует, вдохновляет?..

– Последняя повесть, которую я рекомендовала, написана журналистом Леонидом Никитинским. Она мне очень понравилась, но я не уверена в том, что она понравится Елене Шубиной. Пока ответа не получила. Мне случается время от времени рекомендовать книги. Но времени читать «не по делу» у меня очень мало. Всегда есть ряд книг, которые мне прочитать нужно для работы. Вот сейчас читаю книги по русскому космизму, это совершенно необъемный и очень интересный материал. Когда-то, в 1990 году, моя подруга принесла мою книгу в издательство «Галлимар», и они ее издали. Я это очень хорошо помню и благодарна по сей день и Маше Зониной, и Сергею Каледину, которые взяли мои рукописи и кому-то отнесли. И я делаю то же самое, когда в руки попадает что-то кажущееся мне выдающимся. Я прекрасно помню, как в конце 80-х разослала пять рассказов в пять журналов и получила пять отказов. А спустя несколько лет три из них были отмечены премиями «Лучший рассказ года». Такая судьба писательская.

– В моей формирующейся серии «Темные аллеи 21 век» – Юлия Кокошко, Татьяна Дагович, Андрей Бычков, Владимир Лорченков, Катерина Кузнецова, Константин Кропоткин, Татьяна Столбова, Мария Рыбакова, Анатолий Ким, Нина Щербак и не только. Цель проекта проста – возвращение прозе о чувствах статуса художественного произведения, ныне во многом утраченного. Не знаю, что ждет эти отменные тексты – волчий билет или выход в свет. Знаю лишь, что прозу эту, грамотно упаковав (правильная аннотация, правильная обложка, правильный пиар), можно продать читателю, которого следует любить, а значит, воспитывать. Вкус воспитывать. Что думаете на сей счет?..

– Собственно, я уже ответила, призвав людей к экологическому чтению… Если вы занимаетесь издательской работой и знаете, как надо упаковывать, что же вас останавливает? Упаковывайте, продавайте, воспитывайте вкус! Что касается меня, я никогда перед собой задачи  воспитания чувств не ставила.

– Вы – член попечительского совета московского благотворительного фонда помощи хосписам «Вера». А что думаете о подобной помощи животным? В России чудовищная ситуация с бездомным зверьем. Будучи известным писателем, вы могли бы транслировать идею введения биоэтики в школах? Реально ли изменить ментальность тех, кто вырастет уже послезавтра, или снова «не то время», «особый путь»?..

– И обсуждать нечего: да, конечно, да. Общество наше жестокое, бесчувственное, равнодушное. Единственный способ, который я вижу, – жить, распространяя вокруг себя идеи сострадания и милосердия и к людям, и к животным. Когда государство берется за такие проекты, они мгновенно превращаются в нечто противоположное. Вопрос мой сводится к тому, что когда введут указом в школе преподавание биоэтики, кто пойдет ее преподавать? Чиновники из Министерства образования?

– Люди, которым близка эта тема, чиновники ни при чем.

– Если чиновники могут руководить Министерством культуры, почему б не преподавать им то, что спустят сверху? Хоть этику, хоть эстетику, хоть научный атеизм, хоть основы православия. Не замечали?

– Хорошо, о планах не будем, чтоб Абсолют не смешить, и все же: новую книгу от вас – ждать?

– Скорее пьесу, а не книгу. Все время что-то царапаю. Но точно не роман!


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также