0
1851
Газета Стиль жизни Печатная версия

03.06.2019 17:30:00

Остерегайтесь желтого скорпиона!

О смертельных укусах и бессмертной душе

Ольга Елагина

Об авторе: Ольга Евгеньевна Елагина – кандидат филологических наук, писатель, сценарист.

Тэги: туризм, тропа израиля, иерусалим, бог, вера, желтый скорпион


Пешеходный маршрут «Тропа Израиля» протяженностью 950 км пересекает всю страну с севера на юг. Фото Йоава Дотана

В этой поездке было так много белого света, что теперь она вспоминается как один белый сон. Выбеленные солнцем тропинки меж известняковых скал, белые стены города, юная девушка с автоматом – вся в солнечных качающихся пятнах и еврейский скрипичный мотив, сливавшийся с колокольным звоном и воспарявший к небу и Богу. (Впрочем, насчет Бога я могу ошибаться. Каждый из нас по-своему ошибается на Его счет.)

Мы с моей подругой Ирой шли в Иерусалим по Тропе Израиля – известному пешеходному маршруту, пересекавшему страну с севера на юг. Идея принадлежала Ире, решившей, что с нашей офисной работой нужно переходить на спортивные формы отдыха. 

Там, на тропе, мы и познакомились с этой странной парой – молодоженами-программистами, которые шли поклониться Гробу Господню. Это была их ежегодная традиция, они прекрасно знали маршрут, и мы напросились в попутчики.

Их звали Ася и Жека. Коротко стриженные, бледные, светлоглазые, словно нарисованные акварелью, они походили друг на друга, как брат и сестра.

Иру раздражала их религиозность, и она не упускала возможности поспорить на предмет веры.

– Не понимаю, как люди с математическим складом ума могут во все это верить? В Адама, который жил 900 лет... В Бога, который создал мир одним словом…

– Для программистов это вполне органично, – отвечал Жека. 

– У Бога было слово. А у программиста есть код, – подхватывала Ася. – Мы пишем код и вызываем из небытия целый мир. Почти как Он.  

– А что такое душа? – следовал новый вопрос с подвохом.

– Душа – это вся наша индивидуальность, – отвечала Ася. – Уникальная информация человека.

– Неужели? – язвила Ира. – У моего отца была болезнь мозга. Нервные клетки умирали, а вместе с ними вся уникальная информация. Перед смертью он никого не узнавал, ничего не испытывал. Просто смотрел в стену. Его индивидуальность исчезла вместе с мозгом – с плотью. И душа здесь совсем ни при чем.

– Нет-нет, – возражала Ася. – Просто при жизни душа связана с телом. Она как программное обеспечение, софт. А если железо барахлит, софт тоже не работает.

– А где же хранится софт? На каком носителе? – спрашивала Ирина и сама же отвечала: – В мозгу!

– Если представить, что мозг – носитель информации, то да, личность умирает вместе с мозгом. Но если информация хранится на облаке, а мозг лишь приемник? – отвечал Жека.

 Переспорить их было сложно. И к концу дня Ира прекратила попытки.

– Наверное, хорошо быть верующим, – резюмировала она. – Ни забот, ни сомнений, ни здравого смысла.

– А что тебе нужно, чтобы верить? – спросил Жека.

– Ну, если со мной произойдет чудо, я готова пересмотреть свое мировоззрение.

– Чудеса постоянно происходят, – отозвалась Ася.

– Но примешь ты их или нет – в этом и заключена твоя свобода воли, – закончил Жека. 

И они засветились своими улыбками. 

От непривычки к длительным переходам или от разговоров мы быстро выдохлись. К тому же Ира тормозила движение бесконечными остановками и перекурами. Поэтому к наступлению темноты мы не успели дойти до кемпинга и разбили лагерь там, где нас застал закат – на небольшой каменистой площадке в стороне от тропы, в нескольких километрах от Цубы.

Мы сидели под розовым небом. Маковое солнце погружалось в дымку горизонта. Пахло остывающими камнями и лесом. Это был один из таких моментов, когда невольно допускаешь, что Создатель все-таки приложил руку к нашему миру – иначе откуда бы взяться такой красоте? 

Укус желтого скорпиона, которого также называют
смертельным охотником, крайне опасен.
Фото Эстер Инбар
Как только я подумала о красоте, из-за камня выбежал скорпион, а Ира взвизгнула и схватилась за лодыжку. Скорпион был довольно крупным – сантиметров десять или больше, грязно-желтого цвета с изогнутой спинкой и высоко поднятым хвостом. На несколько секунд мы замерли, парализованные страхом и отвращением. Дальнейшее происходило очень быстро. Все мы читали, что укус желтого скорпиона смертельно опасен, но никто не помнил, что именно нужно делать. Наши смартфоны сели еще в обед. Зарядка оставалась только у Иры – маленькая красная полоска на индикаторе, которую я бездарно израсходовала, загружая страницу Википедии. Из нее я узнала, что в яде скорпиона содержатся нейротоксины, которые действуют на мозг, парализуя работу дыхательной системы и сердца в течение трех часов. Последний вздох аккумулятора ушел на звонок в службу 911, которая отозвалась автоответчиком на иврите. Мы решили, что она не работает в шаббат и даже не подумали, что номер экстренной службы в Израиле может отличаться. 

Ира лежала на спальнике, громко стонала и расчесывала лодыжку. Нужно было идти за помощью. Но Жека сказал:

– В этом нет смысла. До ближайшего кибуца 7 километров. В темноте по горам – не меньше часа. Но даже если дойдем – никто не откроет в шаббат.

– Мы можем только молиться, – ответила Ася. – Это самое большее, что мы можем.

– Да, – согласился Жека.

Они встали у эвкалиптов и синхронно перекрестились. 

– Скажи этим православнутым, что мне нужна реальная помощь, – застонала Ира. 

Но я не знала, чем ей помочь. Все происходящее казалось не очень реальным - этот лес, звезды и две фигуры, нараспев покачивающиеся между эвкалиптов:

– ...призри благоутробно на рабу твою... болезнию одержимую... отпусти ей... подай... возврати здравие... 

Ирину лихорадило и трясло, она бредила, говорила, что видит своего отца. Возможно, дело было в нейротоксинах, которые обладали галлюциногенными свойствами, а может быть, мир иной, и правда, приоткрыл перед ней свою дверь.

У меня не было никаких причин здесь оставаться. Я встала и пошла по тропе. Вдалеке, на холме, горело несколько огней. Я двигалась в их сторону, но они не приближались. Помню, я закричала в темноту: «Помогите! Help! SOS!» Но даже темнота молчала в шаббат.

Когда я вернулась в лагерь, Ася и Жека еще молились. Ира была уже без сознания, я легла рядом с ней и заснула. 

К утру Ира пришла в себя. Небольшая температура еще держалась, но отек на ноге спал – осталось лишь красное пятно вокруг места укуса. 

Ася и Жека спали в палатке. А мы сидели на спальнике, под теми самыми эвкалиптами, у которых вершилась ночная служба, и разогревали на горелке чай. 

– Как ты? – спросила я Иру.

– Немного ноет, но в целом нормуль. 

– Все-таки чудо, что ты жива.

Ира помолчала, достала сигарету и закурила.

– Я думаю, это был не желтый скорпион, – сказала она. – Мы просто обознались в темноте. После желтого никто не отходит – без врачей, без адреналина это просто нереально.

Я не знала, что ей ответить. И до сих пор не знаю. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также