0
2252
Газета История Интернет-версия

18.06.2020 22:00:00

«Никогда бельгийцы не прольют русскую кровь»

Фламандско-валлонский бронедивизион на службе России

Виктор Литовкин

Об авторе: Виктор Николаевич Литовкин – военный обозреватель ТАСС.

Тэги: первая мировая, восточный фронт, николай II, бельгия, дух эльбы, бронеавтомобильный дивизион


Императора Николая II очень интересовала перспективная военная техника. Фото © РОО «Дух Эльбы»

Слова, вынесенные в заголовок, принадлежат командиру бельгийского бронеавтомобильного дивизиона капитану Розе, который вместе со своими подчиненными служил в Российской армии и в годы Первой мировой войны сражался на Восточном фронте в ее рядах против австро-германских войск. А затем во время Гражданской войны, начавшейся в России после Октябрьской революции, отрезанный от своей родины, отказался участвовать в боях на стороне как белых, так и красных. О судьбах и подвигах бельгийских воинов, о которых в нашей стране почти ничего не известно, мы еще расскажем. А сейчас несколько слов о тех, кто занялся восстановлением исторической памяти о них.

Эту фразу из клятвы капитана Розе взяла для названия своего проекта, поддержанного Фондом президентских грантов, Региональная общественная организация «Дух Эльбы». Руководитель организации кандидат исторических наук и полковник в отставке Зарина Вашурина, с которой мы знакомы не один десяток лет, сказала мне, что их проект направлен на восстановление исторической памяти об особых экономических, дипломатических и военно-технических взаимоотношениях между Россией и Бельгией, существовавших накануне и в период Первой мировой войны, а еще, что очень важно сегодня, – на укрепление дружбы и взаимопонимания между бельгийским и российским народами.

Знаю, что Зарина много лет работает над различными проектами, посвященными Великой Отечественной войне, в частности: подвигам защитников Брестской крепости, встрече советских и американских войск в апреле 1945 года на Эльбе, отсюда и название возглавляемой ею организации, и вдруг – мало кому известный эпизод Первой мировой.

– Зачем тебе это? – спросил я.

– Просто интересно, – ответила она. – О русских батальонах, сражавшихся с немцами на Западном фронте во Франции и на Балканах в годы Первой мировой, много чего известно. А вот о тех иностранцах и даже иностранных частях и подразделениях, которые в составе русской армии били общего врага, у нас почти ничего не знают. Мы и решили закрыть одну из таких лакун, тем более когда появилась возможность опереться на рассекреченные архивы.

ПОДАРОК КОРОЛЯ ИМПЕРАТОРУ

История первой воинской части союзников в составе Русской армии на Юго-Западном фронте началась с подарка бельгийского короля Альберта I, который в качестве личного дара императору Николаю II послал в Россию в 1915 году броневой автомобильный дивизион, укомплектованный лучшими на тот момент специалистами. С чего вдруг такая щедрость?

По словам Зарины Вашуриной, в основе такого необычного поступка бельгийского короля лежало мощное экономическое присутствие валлонских и фламандских фирм в нашей стране с конца 30-х годов ХIХ века. Бельгийские инженеры и промышленники принимали активное участие в строительстве российских железных дорог. Ими в 1854 году были возведены две судоверфи – в Тюмени и в Санкт-Петербурге, на которых строились торговые и пассажирские суда, боевые корабли. Продукция льежских оружейников еще при Петре I пользовалась славой в России. В 1840 году бельгийским инженером Фалиссе была организована оружейная мануфактура в России. В 1886 году создано совместное предприятие «Южнорусское Днепровское металлургическое общество». Всего с 1880 по 1900 год в России функционировало 147 предприятий, в которых присутствовал бельгийский капитал с бюджетом порядка 500 млн франков. К 1900 году Бельгия стала крупнейшим зарубежным инвестором в России (объем капиталовложений составил 831 млн золотых франков), опережая крупные индустриальные державы (Франция – 692 млн, Германия – 261 млн).

И первый бронедивизион, что был направлен в Россию в годы Первой мировой, был укомплектован самыми передовыми по тому времени машинами и вооружением. Отправлен он был на войну в Галицию.

Состоял дивизион, который назывался «Корпус автопушек и автопулеметов», из 350 человек личного состава, 13 бронеавтомобилей (6 пушечных, 4 пулеметных и 3 командирских), 6 легковых машин, 20 грузовиков, 18 мотоциклеток и 130 велосипедов. Основными типами бронеавтомобилей были «Морс» и «Пежо». Эти машины при массе 3,5 т вооружались двумя пулеметами «Гочкис» (из них один запасной) или 37-мм пушкой. Экипаж состоял из 3–4 человек, толщина брони колебалась от 3 до 7 мм. На броневиках устанавливался двигатель «Минерва» мощностью 35 л.с. Командиром части стал майор Коллоне.

Первоначально корпус предназначался для боевых действий на Западе, где прекрасно себя показал в ходе маневренных боев. Чтобы остановить продвижение противника, бельгийцы приняли решение затопить низменный левый берег реки Изер, открыв шлюзы во время прилива: позиции немецких войск и вся прилегающая территория оказались в воде. Это привело к тому, что на данном участке фронта активные боевые действия прекратились, и броневики нельзя было активно использовать из-за бездорожья.

В России же в это время шли тяжелые бои в Галиции. Летом 1915 года, не добившись заметных успехов на западноевропейском театре военных действий, германо-австрийские войска перенесли свои усилия на Восточный фронт. Перед русскими армиями были сосредоточены свыше 100 отборных дивизий противника. Заняв Галицию, противник одновременно активизировал наступление на прибалтийском направлении. России пришлось фактически в одиночку сдерживать мощный натиск врага. Ее основные союзники – Франция и Великобритания, пользуясь сложившейся ситуацией, заняли выжидательную позицию и бездействовали. Впрочем, России редко везло на верных и надежных союзников. И не случайно 1915 год стал для нее годом тяжелых испытаний. Именно поэтому в этот период по инициативе военных агентов России во Франции и Бельгии графа Алексея Игнатьева и штабс-капитана Андрея Прежбяно был поднят вопрос об использовании бельгийского бронедивизиона в русской армии.

Прежбяно обсудил свой план с начальником бельгийского генерального штаба и через несколько дней ему сообщили, что король Альберт считает своим долгом предоставить русской армии все, что ей необходимо. Прежбяно отправился в Париж для переговоров с графом Алексеем Игнатьевым, русским военным атташе во Франции. Они подготовили докладное письмо в Петроград с предложением дать разрешение на прибытие в Россию бельгийского бронедивизиона. В Петрограде отреагировали положительно. 20 июля бельгийский генеральный штаб отправил запрос о предоставлении списка кандидатов добровольцев в экспедицию в Россию для участия в боях на русском фронте.

Около 360 солдат и офицеров откликнулись на этот призыв, еще 85 присоединились к ним несколько позже, в 1916 году, уже в самой Галиции. Таким же образом появился и контингент высококвалифицированных работников и техников, которым предстояло работать на военных заводах России. Ориентировочно 250 из них были отправлены вместе с бельгийскими военнослужащими. Из французского портового города Брест в сентябре 1915 года экспедиционный корпус добровольцев (360 человек, 10 бронеавтомобилей, 7 мотоциклов, 10 грузовиков для материально-технического обеспечения) на английском судне «Врей Кастл» отправился в порт Архангельск. Из Архангельска бельгийских военнослужащих и технику отправили по железной дороге в Петроград.

В столице общественность устроила пышную встречу союзникам на вокзале. Прекрасное впечатление не смог омрачить даже ряд неприятных инцидентов на городских улицах: завидев колонну безоружных, не отличающихся строевой выправкой военных в диковинных головных уборах, петроградцы приняли их за пленных австрийцев и стали в их адрес выкрикивать угрозы. В связи с этим командование Петроградского военного округа по просьбе Конрада де Бюиссере, дипломатического представителя короля Бельгии, срочно опубликовало в газетах соответствующую разъясняющую информацию с дружеским приветствием доблестным союзникам.

Для доукомплектования бронедивизиона техникой, вооружением и амуницией по нормам довольствия, принятым в русской армии, бельгийских солдат разместили в Петергофе в казармах лейб-гвардии Уланского полка, по современному адресу: улица Аврова, дом 22. Им были отведены просторные помещения, и ночевали они в кроватях, покрытых простынями. Как они вспоминали позже – роскошь, какую на фронте потом не имели. Для офицеров бронедивизиона были подготовлены небольшие павильоны в парке Петергофа.

Суровая русская зима послужила причиной выдачи бельгийским офицерам и солдатам зимней формы одежды, пошитой специально для них – весьма колоритных полушубков и папах. С 23 октября бельгийский бронедивизион начали готовить к отправке на фронт. В его состав вошли 359 рядовых и унтер-офицеров, 13 офицеров, 2 доктора и священник. Были подготовлены две боевые батареи. Каждая состояла из пяти бронемашин – трех бронемашин с пушками и двух бронемашин с пулеметами. В их состав вошли автомобили для командиров батарей, кареты скорой помощи и несколько технических автомобилей для перевозки амуниции, горючего и багажа. Бронемашины с орудиями были оснащены 37-мм пушками французского военно-морского флота и пулеметами Гочкиса. Экипаж каждой бронемашины состоял из офицера или унтер-офицера, водителя, стрелка или наводчика орудия с помощником, который одновременно являлся и вторым водителем.

11 января 1916 года бельгийский бронедивизион покинул Петергоф и отправился в распоряжение командования Юго-Западного фронта. Автоброневые батареи принимали активное участие в сражениях в ходе Брусиловского прорыва в составе 6-го армейского корпуса 11-й армии Юго-Западного фронта. К концу 1916 года за мужество и героизм, проявленные в боях под Луцком и Тернополем, 141 военнослужащий из 200 бельгийских солдат и офицеров были награждены российскими орденами и медалями, георгиевским оружием.

ЧЕСТИ СВОЕЙ НЕ ПОСРАМИЛИ

Вот несколько примеров из наградных представлений, хранящихся в Государственном Военно-историческом архиве.

«Штаб XI армии. 05.12.1917 года № 38679. Наградной лист на командира 1-й батареи Бельгийского броневого автомобильного дивизиона лейтенанта Эдгарда Ванъ-дер-Донкта за оказанные им особые боевые отличия.

В чине с 15.10.1915 года. В должности с 07.09.1915 года. За текущую кампанию награжден орденом Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом за бои при деревне Свистельники в составе 33 армейского корпуса. Награду получил в январе 1917 года.

Бельгийские офицеры из состава
бронеавтомобильного дивизиона
с российскими коллегами.
Фото © РОО «Дух Эльбы»
Суть подвига: к вечеру 11.07.1917 года на правом фланге 6 АК сложилась сложная обстановка ввиду прорыва противника от Выбранувки в направлении к переправам реки Серет у Янува. В штабе АК были неточные сведения о происходящем на фронте. В разведку был направлен лейтенант Эдгард Ванъ-дер-Донкт со своей броневой батареей в направлении Янув – Выбранувка. Несмотря на огонь противника, он продвинулся к д. Выбранувка, в сумерках вступил в бой с колонной конницы противника и привез точные сведения о линии, на которой наши войска вели бой, о силах противника, занимавших Выбранувку, и о движении конницы от Выбранувки на Подхайчики с целью прорваться в тыл нашим отходящим войскам. Представляется к награждению орденом Святого Георгия 4-й степени».

Из оперативного приказа по броневому автомобильному дивизиону от 30 мая – 12 июня 1916 года. «Имею честь довести до сведения дивизиона под моим командованием оперативную сводку от 11 июня, полученную из Ставки Верховного главнокомандующего русскими армиями. В Галиции, к северо-западу от Тарнополя, в районе Цеброва, идет сильный бой, окопы переходят из рук в руки. Бельгийские бронеавтомобили оказывают мощную поддержку нашим войскам. Прорвана неприятельская линия обороны на Стрыпе, где мы завладели укрепленной позицией противника на западном берегу этой реки».

Отмечены благодарностью в приказе по дивизиону: Де Бекер-Реми Жак (1-я батарея) – смелый солдат, любимый всеми. «Оказавшись со своим бронеавтомобилем под огнем противника, он покинул машину, чтобы прицепить трос к другому бельгийскому бронеавтомобилю, вышедшему из строя из-за поломки заднего моста. Был убит во время этой операции. В память высокого самопожертвования, совершенного отважным де Бекером, этот военнослужащий будет оставаться в именном проверочном списке его батареи. При произнесении имени де Бекера все его товарищи будут отвечать: «Убит на поле чести при Воробьевке». Бодсон – вахмистр (4-я батарея), состоящий на довольствии в 1-й батарее. Отважный и полный хладнокровия унтер-офицер. В одиночку выдвинулся на близкое расстояние к неприятельским линиям и под сильным огнем корректировал стрельбу одного из бронеавтомобилей. В знак свидетельства прекрасного примера, поданного вахмистром Бодсоном, этот военнослужащий произведен в 1-е вахмистры».

«Особо хотелось бы остановиться на примере Константа ле Марин, – говорит Зарина Вашурина, – бельгийского кавалера полного банта российских Георгиевских крестов, отважного унтер-офицера, командира бронеавтомобиля, который, получив серьезное ранение, отказался покинуть поле боя и полностью выполнил боевую задачу. Четырехкратный чемпион мира по борьбе, полный георгиевский кавалер Анри Херд – это его настоящее имя – родился в 1884 году в пригороде Брюсселя в семье владельцев популярного кафе. С детства, будучи крупным и сильным ребенком, он пристально следил за успехами звезд таких видов спорта, как бокс и борьба. Потом сам стал заниматься борьбой, сначала на любительском уровне, а затем и профессионально. Известность получил, выиграв в 1905-м турнир в ходе Всемирной выставки в Брюсселе, взяв после этого псевдоним Констант ле Марин, который выбрал в честь своего кумира – борца Константа ле Буше. Мечтал объехать мир. И ему это удалось. Он выигрывал состязания по борьбе в Буэнос-Айресе и Канаде. Его выступления собирали десятки тысяч зрителей. Когда в Бельгию пришла война, он пошел добровольцем в артиллерию, попал в автоброневые части и воевал в отряде бронеавтомобилей сначала в районе Изера, потом отступал со своей армией во Францию, а затем добровольцем вызвался ехать воевать в далекую Россию в составе бельгийского бронедивизиона. Из французского Бреста через Архангельск и Киев прибыл в Галицию, где храбро воевал. В атаке кричал: «Идем резать головы!» Пять ранений, девять боевых наград, полный бант крестов солдатского Георгия. Один из Георгиевских крестов ему вручал лично Николай II. В одном из боев его машина была разбита прямым попаданием, а сам он получил три пули. Потребовалось пять человек для переноски такого крупного и тяжелого раненого. В 1918 году он вернулся в Бельгию инвалидом войны. Привел себя в порядок, лечился и в 1921 году опять завоевывал титул чемпиона мира в Париже».

«В ходе всех боевых действий на фронте в Галиции, – сказала мне Зарина, – в бельгийском бронедивизионе погибли 15 военнослужащих и 25 получили ранения. Нам известны имена только 11 молодых бельгийцев, которые погибли во время боев или в результате полученных ранений. Их имена увековечены на Западе, но почти неизвестны в России. Это второй водитель бронемашины Жак де Беккер, велосипедисты Луи Дегреппе, Эрнст Детурне, Жозеф Дом и Эмиль Жорж, командир бронемашины Морис Ван Эш, члены экипажа бронемашины Луи Лехтер и Рене Розелт, член экипажа бронемашины Жан де Лидекерке, велосипедист Леопольд Сирсаак. Вечная им память!»

В ГОРНИЛЕ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

В 1918 году в связи с революционными событиями в России различные политические силы пытались втянуть бельгийцев, находившихся на тот момент в Киеве, в вооруженное противостояние. Первым попытался завладеть броневыми машинами командующий созданным на Украине польским офицерским корпусом генерал Иосиф Довбор-Мусницкий, но получил отказ. В том же духе прозвучал ответ и Симону Петлюре, а затем и Михаилу Алексееву, предлагавшему бельгийцам поддержать генерала Корнилова и атамана Каледина в борьбе с большевиками.

В это же время послы Франции, Англии приняли решение приостановить отправку бронедивизиона на родину в связи с намерением союзников использовать его в готовившихся на Украине операциях для уравновешивания влияния большевиков и неприятеля. Однако военный министр Бельгии был категоричен: бронедивизион должен немедленно вернуться на бельгийский фронт. МИД Бельгии опасался, что если бельгийские солдаты перейдут в распоряжение Украины, как предполагал посол Франции в России, они могут быть вовлечены во враждебные действия с войсками правительства, с которым Бельгия не находится в состоянии войны. Нельзя требовать их участия в Гражданской войной между русскими.

Командир дивизиона капитан Розе был еще более категоричен в оценке предложений английского и французского послов: «Никогда броневые автомобили не будут проливать русскую кровь. Я заявляю, что мой дивизион не будет принимать участия ни на чьей стороне. Бельгийские военные правила запрещают вмешиваться в любую политическую национальную борьбу, и тем более союзников».

Самостоятельная политика Бельгии и особые отношения с Россией позволили правительству небольшого государства несколько раз отказать Великобритании, Франции, а затем и США в предоставлении личного состава дивизиона (особенно механиков-водителей броневиков) для участия в Гражданской войне.

Личный состав бельгийского бронедивизиона покинул Киев 20 февраля 1918 года на специальном поезде, в котором имелись купе, предназначенные для семи бельгийских солдат, женившихся на русских девушках. Бельгийцы достигли Москвы. Оттуда поезд направился через Вологду по направлению к Владивостоку. Пройдя длинный и трудный путь по территории, охваченной Гражданской войной, бельгийцы еще не раз сталкивались с предложениями остаться и повоевать против большевиков.

Реакция бельгийцев, как пишет в своих воспоминаниях один из валлонских военнослужащих Тири, была короткой: «Пошли к черту». 28 марта 1918 года после долгого и трудного пути по Забайкалью, полного внезапных остановок, угроз и шантажа семеновцев и большевиков, бельгийцы в составе 14 офицеров и 320 солдат прибыли в Харбин. Но выезд оттуда тоже был затруднен. Имелись два возможных порта посадки на пароход: Владивосток, куда пролегал прямой путь, но через район, охваченный волнениями, и Нагасаки через Мукден, более спокойный, но слишком долгий и поэтому нереальный.

Было принято решение добиться транспорта для направления личного состава во Владивосток. 25 апреля бельгийцы были посажены во Владивостоке на американский пароход «Шеридан», направлявшийся в Сан-Франциско для дальнейшего следования во Францию. 12 мая дивизион прибыл в Сан-Франциско, где ему организовали горячий прием. Были тщательно продуманы маршрут и программа пребывания бельгийцев в США. 15 мая бельгийские военнослужащие покинули Нью-Йорк, а 25 июня их ждал не менее горячий прием в Бордо. Так бельгийские солдаты и офицеры смогли сохранить нейтралитет и вернуться на родину, не запятнав себя участием в Гражданской войне в России.

ЗАЧЕМ НАМ ПАМЯТЬ О ТЕХ ДНЯХ

«Такова вкратце история пребывания бельгийского бронедивизиона в России, – рассказывает Зарина Вашурина. – Меня привлекло в ней то, что бельгийцы стали первой отдельной воинской частью броневых автомобилей союзников, сражавшейся в составе русской армии и состоявшей из добровольцев.

Бельгийские солдаты и офицеры проявили мужество и героизм, сражаясь вместе с русскими коллегами. Они не боялись жертвовать своей жизнью, спасая раненных казаков и пехотинцев, оказывали им в своем лазарете первую помощь. Боевой порядок бельгийских бронемашин всегда оставался неизменным: в наступлении они были впереди, расчищая пушечным и пулеметным огнем дорогу русской пехоте, при отступлении находились в арьергарде, прикрывая отходящие части от противника. Изучая архивные документы в Российском государственном военно-историческом и Российском государственном военном архивах мы находили достаточное число примеров, свидетельствующих о подвигах бельгийских солдат и офицеров, об их боевой дружбе с русскими солдатами и казаками, уважительном отношении к местному населению.

Название проекта нам подсказала позиция правительства Бельгии, ее военного министерства, солдат и офицеров бронедивизиона, отказавшихся проливать русскую кровь в годы смуты Гражданской войны. Согласитесь, не так уж и много примеров, когда в том числе и бывшие союзники России отказывали себе в удовольствии поживиться за счет нашей страны. Самый яркий пример тому – поведение созданного из военнопленных Чехословацкого корпуса, солдаты и офицеры которого, двигаясь к Владивостоку, тащили и грабили все, что попадало в их руки, включая и золотой запас России, беспощадно расправлялись со всеми неугодными, оставляли после себя смерть и разруху. Хочу отметить, что бельгийцы оставили совершенно иную, добрую память о своей чести и благородстве. Два года напряженных боев, жизнь на фронте, потери боевых товарищей, путешествие во Владивосток из Киева по охваченной Гражданской войной территории не ожесточили их, сердца не прониклись ненавистью к нашей стране. Всю последующую жизнь они хранили добрую память о своем пребывании в России, ее природе, культуре и столь разных людях, ее населяющих».

Интересно, что у этой истории существует продолжение. По возвращении бельгийских военнослужащих на родину их часть сначала была восторженно встречена, а спустя короткое время – расформирована. Правительство Бельгии опасалось, что бельгийские офицеры и солдаты могли попасть под влияние революционных событий в России. Удивительна была судьба их боевого знамени. Она тесно связана с православным храмом Иовы Многострадального, освященного в середине прошлого века в память «Царя Мученика Николая Второго и всех русских людей, богоборческой властью в смуте убиенных». Деньги для храма собирали по всему миру более 20 лет. Жертвователи – почти 15 тысяч наших соотечественников в Китае, Америке, Аргентине, Франции. Проект, одобренный великой княгиней Ксенией Александровной, осуществил архитектор Николай Исцеленнов, выигравший специальный конкурс. Прообразом храма послужила старинная шатровая церковь в подмосковной деревне Остров. Иконы писала княгиня Елена Львова. Так вот, именно в этой церкви до середины 60-х годов прошлого века и хранилось знамя бельгийского бронедивизиона, про которое за давностью лет забыли: последний раз его выносили во время торжественного богослужения в день 50-летия со дня расстрела семьи императора Николая II.

Впоследствии члены строительного комитета храма-памятника решили передать стяг на хранение членам Ассоциации памяти бойцов бронедивизиона в России, а те, в свою очередь, передали его в Королевский музей армии и военной истории.

«В ходе работы над реализацией проекта, – рассказала мне Зарина, – мы планируем издать сборник архивных материалов и фотодокументов «Бельгийский бронедивизион в русской армии. Сборник приказов 1916–1917гг.», создать полнометражный документальный фильм с рабочим названием: «Никогда бельгийцы не прольют русскую кровь». В основу сборника и документального фильма лягут архивные материалы, еще не введенные в научный оборот. Мы благодарны руководству Российского государственного военного и Российского государственного военно-исторического архивов, Государственному архиву кинофотодокументов, их сотрудникам за оказанную помощь при поиске необходимых материалов, их обработке и систематизации».

Я слушал Зарину Вашурину и думал о том, что «мягкая сила», о которой много говорят в околополитических кругах, проявляется именно в таких конкретных делах, когда наши люди, энтузиасты-историки, работают в архивах и извлекают из них документальные свидетельства совместной борьбы нашего народа с другими народами против общего врага. Так было в годы Первой мировой, и в годы Второй мировой, и даже сегодня, когда подразделения российских войск помогают сирийской армии победить террористов запрещенных у нас бандформирований ИГ. Проходят десятилетия и века, но память, скрепленная кровью, не иссякает. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Другие новости

Загрузка...