0
3901
Газета История Интернет-версия

14.01.2021 21:16:00

«Пантеры» на льду

Перечитывая откровения Гудериана

Максим Кустов

Об авторе: Максим Владимирович Кустов – военный историк.

Тэги: танки, война, вооружения, гудериан, пантера, великая отечественная война, история, военная история


Для немецких бронетанковых войск русская зима стала серьезным испытанием. Фото Федерального архива Германии

Хорошо известно, каким неприятным открытием для немцев в 1941 году стала русская зима. Кто бы мог подумать: зимой в России холодно и полно снега. Вот ведь какая неожиданность. Как-то умудрились немецкие войска оказаться неготовыми к таким условиям.

Потом начались грустные воспоминания о пережитом: «В окопах под укрытием изодранных плащ-палаток – карманные печки, на которых от свечи можно было нагревать консервированную в банках пищу, давали тепло лишь для того, чтобы отогреть больные суставы и застуженные руки. Мы отлично понимали, что наша легкая одежда вовсе не подходит для русской зимы».

После войны немецкие генералы принялись уверять читателей, что именно «генерал Зима» помешал им эту войну выиграть. А пока она шла – приходилось как-то к русской зиме приспосабливаться.

«Четыре суровые русские зимы»

Учиться воевать в непривычном климате приходилось, разумеется, и немецким танкистам. Наиболее подробно особенности применения танковых войск (не только собственно танков, но и взаимодействующих с ними мотопехоты и артиллерии) зимой на советской земле описал генерал-полковник Гейнц Гудериан в книге «Танки – вперед». Это нечто среднее между краткой историей танковых войск Германии и обобщением опыта использования танков во Второй мировой.

Конечно, творения побежденных немецких генералов – весьма специфические источники информации. Это надо учитывать, и воспринимать их с большой осторожностью.

Например, Гудериан подчеркивал: «Такая суровая зима, как в России, не могла не повлиять на тактику танковых войск. Глубокий снег вынуждал танки использовать для своего движения гребни высот, так как при толщине снежного покрова более 50 см танки останавливались. Их использование ограничивалось главным образом поддержкой пехоты в наступлении и в обороне».

Снежный покров более полуметра в зимней России того времени совсем не был редкостью. То ли еще бывало… Неужели даже такие, достаточно скромные сугробы оказывались для немецких танков непреодолимым препятствием? Ведь, двигаясь по гребням высот, немецкие танки превращались в прекрасную мишень для советских артиллеристов и танкистов.

Еще более странным, даже загадочным выглядит следующее высказывание «Быстроходного Гейнца» (прозвище Гудериана): «Боевые действия на Восточном фронте зимой заключались главным образом в отражении атак противника и в боях за важные опорные пункты».

Что бы по этому поводу сказали немецкие танкисты – участники начатой 12 декабря 1942 года операции «Зимняя гроза» – неудачного наступления войск Манштейна с целью деблокировать 6-ю армию Паулюса в районе Сталинграда? Или наши бойцы, отражавшие атаки наступающих немецких танков?

А как расценили бы утверждение Гудериана солдаты и офицеры 2-й танковой дивизии СС «Райх», которые в феврале 1943 года участвовали в весьма успешном наступлении под Харьковом? Наверное, очень удивились бы такому генеральскому утверждению.

На самом деле опыта зимних наступательных боев в СССР хватало у немецких танкистов в избытке. Чем же объяснить странное суждение Гудериана? Скорее всего – просто его личным опытом.

2-й танковой армией он командовал до 25 декабря 1941 года, затем был снят с должности и убыл с Восточного фронта в Германию. В феврале 1943-го был назначен генерал-инспектором танковых войск Германии. В июле 1944-го стал начальником Генерального штаба сухопутных войск.

Таким образом, его личный опыт непосредственного командования танкистами зимой в России ограничивается декабрем 1941 года. После перехода советских войск в наступление 2-й танковой армии действительно приходилось отражать атаки красноармейцев и пытаться удерживать опорные пункты. О наступлении думать не приходилось. Вот и перенес Гудериан свой опыт на все зимние бои в России, абсолютизировал его.

При этом Гудериан пишет про «опыт боев, приобретенный в течение четырех суровых русских зим». С тремя зимами все понятно. А четвертая зима войны – это 1944–1945 годы. Где в это время немецкие танкисты «суровую русскую зиму» нашли? На территории СССР они в ту пору только часть Прибалтики удерживали.

Но, даже с учетом специфики книги Гудериана, его мнение о зимних танковых боях в России заслуживает внимания. Ведь с 1943 года, когда он стал генерал-инспектором танковых войск, к нему поступала обобщенная информация о танковой войне на Восточном фронте. И когда Гудериан пишет о России, следует понимать, что речь идет обо всех республиках СССР.

Пристрелка орудий и расход боеприпасов

Так в чем же заключались особенности зимней танковой войны в России?

Прежде всего следовало изменить правила обслуживания и использования техники: «Танки приходилось устанавливать на соломе, ветках или досках, так как в противном случае гусеницы примерзали к земле. Ремонтные подразделения зимой бывали особенно перегружены работой, так как при низкой температуре гусеницы танков выходили из строя, а движение танка на малых скоростях сильно перегружало двигатель. Часто выходили из строя рессоры и оси, потому что под снегом невозможно было различать неровности грунта. Гораздо быстрее разряжались аккумуляторы. Этого можно было избежать, если их каждый раз вынимать из машин и брать с собой в помещение или хорошо утеплять. Для запуска двигателей иногда приходилось затрачивать несколько часов. Сначала двигатели обогревали с помощью костров, позднее было разработано специальное зимнее приспособление, которое до некоторой степени облегчало запуск двигателя. Оптические приборы сильно запотевали или покрывались снегом. Автоматическое оружие отказывало в работе вследствие загустения смазки».

Заранее подумать об особенностях использования военной техники зимой в России ни немецкие танкисты, ни представители других родов войск как-то не удосужились, не пытались заранее подготовиться к экстремальным условиям. Возникает вопрос – почему? Были уверены в том, что успеют добиться решающих успехов еще до наступления зимы? Или опасались насторожить советскую разведку, сделать нападение на СССР менее внезапным? Ведь понятно было бы, что интерес немецких танкистов к использованию техники в условиях морозов продиктован вовсе не боями в Северной Африке или планами высадки в Англии.

Так или иначе, но проблем у немцев возникало много. При орудийной стрельбе тоже имелись свои специфические особенности: «Стрельба осколочно-фугасными снарядами на большие дальности требовала значительного расхода боеприпасов, так как низкая температура и изменившееся барометрическое давление оказывали неблагоприятное влияние на баллистику (слишком низкая температура, как правило, была причиной недолетов). Зимой в России расход боеприпасов и время, затрачиваемое на пристрелку, были в четыре-шесть раз больше, чем при нормальных метеорологических условиях. При глубоком снежном покрове эффективность снарядов становилась такой же низкой, как во время распутицы. Твердая замерзшая почва без снега, напротив, значительно усиливала осколочное действие снарядов».

«Нормальными» Гудериан, надо полагать, считал метеоусловия Западной Европы.

«Моя нога превратилась в кулак»

Зимой немецким танкистам нередко приходилось преодолевать водные преграды по льду. Рассчитывать на то, что найдется невзорванный мост, да еще способный выдержать вес танков, просто не приходилось.

Немцы опытным путем установили правила, которые нужно соблюдать на льду: «Для танка «Пантера» минимальная толщина льда равнялась 75 см, а для танка T-IV – всего 50 см… Вести танки нужно было с открытыми люками. Радисты и заряжающие, если представлялась возможность, выходили из машин и переправлялись пешком. Водителю надлежало следить за указателями и сигналами постов, избегать колеи, плавно передвигать рычаги управления, на спуске снижать скорость, избегать юза, своевременно переходить на низшую передачу и осторожно спускать машину на лед. По ледяной поверхности вести машину следовало равномерно со скоростью 8 км/час, выдерживая установленную дистанцию между машинами (75 м). В случае если под идущим впереди танком провалился лед, нужно было осторожно отвести свою машину назад и оказать помощь товарищам».

Разумеется, нужно было уделять внимание защите личного состава от морозов: «Необходимы были особые меры для оказания быстрой помощи раненым, чтобы ни в коем случае не оставлять их долгое время на морозе. Особенно важно было иметь теплые одеяла и согревающие напитки… Перевязочные пункты располагались как можно ближе к передовым позициям, чтобы быстрее доставлять на них раненых. Чтобы предупредить обмораживание, необходимо было снабжать личный состав просторной обувью, валенками, шерстяными носками, стегаными куртками и брюками, меховыми шапками или теплыми подшлемниками. Очень важно было приучить людей следить друг за другом, чтобы не допустить обмораживания лица, ушей и т.д».

Надо отметить, что обеспечение немецких солдат зимней амуницией, особенно зимой 1941/42 года, было в вермахте организовано фантастически безобразно. Здесь многое можно вспомнить. Например, описанную воевавшим под Севастополем Гансом Бидерманом инструкцию «при ночной температуре ниже нуля в качестве перчаток можно использовать армейские носки…надо прорезать в носке два отверстия для большого и указательного пальцев». Проблема была в том, что носки «почти превратились в лохмотья, и в них было так много дыр, что нам было нетрудно найти отверстия для всех пяти пальцев».

Не менее потрясает кампания по сбору одежды для солдат Восточного фронта. Этим занималась «Зимняя помощь» (Winterhilfswerk des Deutschen Volkes) – фонд, призванный содействовать государству в оказании помощи безработным и бедноте. К нищим немецких солдат приравняли.

Так что задача обеспечения немецких танкистов (равно как и солдат других родов войск) подходящей для русской зимы одеждой было крайне сложной. И далеко не всегда, особенно зимой 1941/42 года, успешно решаемой.

Товарищ Ротмистров недоговаривает

Автор предисловия к русскому изданию книги Гудериана «Танки – вперед» (М., 1957) главный маршал бронетанковых войск Павел Алексеевич Ротмистров писал:

«Нельзя согласиться с выводами автора по вопросам технической эксплуатации танков в зимних условиях, а также с его рекомендациями о порядке переправы танков по льду. Что касается положений Гудериана о ведении боя в зимних условиях, то бросается в глаза его стремление скорее оправдать свои неудачи, чем дать научно обоснованные выводы и рекомендации на будущее».

При этом некоторые другие разделы книги Ротмистров оценил совершенно иначе. Например: «В разделе «Противотанковые средства» рассматривается проблема противотанковой обороны и излагаются основные положения по боевому использованию противотанкового оружия… Автор умело показывает значение разведки и охранения для успеха боя, а также принципиальную разницу в организации разведки и охранения в танковых и пехотных частях». То есть нельзя сказать, что Ротмистров решительно отвергает все, написанное Гудерианом.

Чем же так не понравилось Павлу Ротмистрову то, что Гейнц Гудериан написал об эксплуатации танков в зимних условиях и о порядке переправы танков по льду? Увы, советский маршал не конкретизировал в предисловии свои претензии по этому поводу… 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Другие новости

Загрузка...