0
6099
Газета Интернет-версия

31.08.2021 16:24:00

Погоня за патриархом Варфоломеем

Как я расколола мировое православие. Но это не точно

Милена Фаустова

Об авторе: Милена Геннадиевна Фаустова  – обозреватель «НГР».

Тэги: патриарх варфоломей, рпц, 1025 крещения руси, патриарх кирилл, патриарх алексий II, патриарх феодор II, архиепископ хризостом II, мировое православие, раскол, автокефалия, пцу, киев, стамбул


Когда-то глав православных церквей можно было увидеть в одном строю. Такое, наверное, уже не повторится.

В конце августа жители Украины могли собственными глазами увидеть одного из «величайших раскольников мирового православия» – именно так сегодня в Русской православной церкви называют Константинопольского, или Вселенского, патриарха Варфоломея. Он пробыл в Киеве с 20 по 24 августа, участвовал в праздновании 30-летия независимости страны. Эти события напомнили, как мне дважды довелось почти тет-а-тет пересечься с ним и, несмотря на не самые лучшие воспоминания, я об этом ничуть не жалею.

Впервые патриарха Варфоломея «живьем» я видела в июле 2009 года. Тогда я только-только вошла в журналистский пул избранного в январе патриарха Кирилла, и это была его первая поездка за пределы России в качестве главы РПЦ. Свои визиты патриархи должны совершать по диптиху – то есть вначале посещать предстоятелей самых древних православных церквей. Константинопольский патриархат находится во главе этого списка, а патриарх Варфоломей считается «первым среди равных».

В Стамбул тогда приехала представительная делегация из Москвы, включающая десяток русских архиереев и журналистов. В первый же день сразу из аэропорта нас отвезли на Фанар – район города, где располагается резиденция Константинопольского патриарха. Утомленных ранним перелетом, суматохой и стамбульской жарой, нас завели в небольшой дворик резиденции, а патриархи Кирилл и Варфоломей удалились вести переговоры за закрытыми дверями. В течение примерно часа мы с нетерпением ждали их выхода. За это время я успела поиграть с тремя котятами, которые свободно бегали по территории, а также выйти и в лавке, расположенной в соседнем доме, купить еду и воду. Только после окончания встречи патриарх Варфоломей явил себя журналистам. Он и тогда уже выглядел сухим старцем с очень холодным и даже неприятным взглядом. Я обратила внимание на то, что он ни разу не улыбнулся гостям и держался как-то отстраненно и надменно. Гостеприимством от него не веяло. Еще тогда я пыталась договориться с одним из его помощников о короткой встрече, но мне было отказано в достаточно резкой форме.

Во второй раз патриарха Варфоломея я встретила год спустя уже в России, когда он совершал ответный визит в пределы Русской церкви. Тогда, помню, я для себя решила во что бы то ни стало «дожать» его и все-таки взять интервью. Несколько дней я ездила за ним по Москве и даже в Санкт-Петербург – но тщетно. Пересеклись мы с ним случайно на какой-то лестнице. Он поднимался с помощником, а я – уже не помню откуда – спускалась. Обрадовавшись встрече, я буквально бросилась к стамбульскому гостю с надеждой задать хоть один вопрос. Варфоломей на секунду застыл на нижней ступеньке, потом начал махать руками, в одной из которых был посох, и как-то несуразно трясти белоснежной бородой, что-то зло выговаривая сопровождающему его юноше. Тот мигом метнулся ко мне и буквально оттеснил меня своим телом, вынудив подняться наверх и пропустить патриарха. Грозный старик ушел в гневе и не оглядываясь. «Какой неприятный человек», – подумала я тогда.

Варфоломей на тот момент стал третьим патриархом (после Алексия II и Кирилла), которого я видела своими глазами. После казуса с ним я некоторое время была уверена, что все главы поместных православных церквей такие недоступные и горделивые. Однако очень скоро поменяла свое мнение.

В ноябре 2011 года мы на один день летали в Армению на какой-то религиозный саммит. После трудового дня в резиденции патриарха и католикоса всех армян Гарегина II был устроен прощальный банкет. Поскольку мне надо было работать, я ушла с застолья и спустилась в фойе первого этажа, чтобы в тишине написать текст, который ждали в Москве. Внезапно я услышала стук. Подойдя к запертой на ключ двери, увидела, что на улице стоит сам католикос Гарегин, который не может войти в собственную резиденцию. Поскольку рядом никого не было, то я взяла на себя смелость впустить главу Армянской апостольской церкви в здание. Он так обрадовался мне, стал жать руки и что-то говорить. Из-за оцепенения (ведь это сам первоиерарх!) я совсем не понимала его слов. А он, широко улыбнувшись мне, поднялся в банкетный зал. Эта встреча надолго запомнилась, и по приезде в Москву я с гордостью рассказывала коллегам, что мне жал руки и чуть ли не обнимал сам армянский католикос.

Возможность пообщаться с патриархами
появилась только в спецпоезде.  Фото автора
Спустя еще два года, в июле 2013-го, мне довелось разом увидеть девятерых из 15 первоиерархов мирового православия. В тот год РПЦ отмечала 1025-летие Крещения Руси. Торжества проходили в Москве, Киеве и Минске. 26 июля из столицы России в Украину выехал «поезд патриархов» – специальный состав из нескольких вагонов, в котором вместе путешествовали главы Русской, Грузинской, Польской, Сербской, Иерусалимской, Александрийской, Болгарской, Американской и Кипрской православных церквей, ну и мы – журналисты. Патриарх Варфоломей уже тогда отказался участвовать в праздновании и прислал лишь делегацию Константинопольской церкви.

Поскольку в «поезде патриархов» мы провели несколько дней, то мне все же удалось как официально, так и неофициально пообщаться чуть ли не с каждым из них. Самым жизнерадостным и открытым оказался Феодор II Александрийский. Он очень легко и даже радостно согласился встретиться со мной в собственном купе, чтобы побеседовать. В итоге наше с ним интервью длилось больше часа, а все это время он разговаривал на хорошем русском языке. Все дело в том, что в течение 10 лет он был архимандритом на подворье Александрийской православной церкви в Одессе. О тогдашнем СССР неизменно вспоминал с любовью. Очень откровенно рассказывал о тех проблемах, с которыми он сейчас сталкивается во вверенной ему Африке, и чуть ли не восхищался Россией. В общем, создал о себе очень хорошее впечатление и даже приглашал присоединиться к его поездкам по африканским странам.

Вторым, кто не отказался поговорить со мной в дорожных условиях, стал архиепископ Кипра Хризостом II. Это был вечер 28 июля (непосредственно сам день Крещения Руси). Мы выдвигались из Киева в Минск, утомленные событиями дня и сытным банкетом. В поезде решили продолжить праздник скромными возлияниями, а уже через несколько бокалов меня позвали на интервью к Хризостому. Наш разговор я по понятным причинам помню смутно. Кипрский гость, как мне показалось, был более сдержан и менее приветлив, говорил общими фразами, тщательно взвешивая каждое слово.

Любопытно, что и патриарх Феодор и архиепископ Хризостом особый упор в разговорах со мной делали на единство мирового православия. И они же оба были одними из первых, кто признал Православную церковь Украины (ПЦУ), учрежденную осенью 2018 года патриархом Варфоломеем. Сегодня эти церкви вычеркнуты из диптиха РПЦ, а верующие и духовенство Московского патриархата не поминают имена их духовных лидеров во время богослужений.

После того как решением Синода РПЦ от декабря 2019 года и ноября 2020 года была «констатирована невозможность» поминовения имен патриарха Александрийского Феодора и архиепископа Кипрского Хризостома в диптихах, а также разрыв «молитвенного и евхаристического общения» с ними, задумалась: не я ли, как Шурик из «Кавказской пленницы» с часовней, нечаянно развалила мировое православие? Ведь только с этими двумя первоиерархами я сделала полноценные интервью, хотя видеть мне довелось почти всех глав мировых православных церквей.


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Другие новости

Загрузка...