Морская держава

Несанкционированный полет борща, или Другие курьезы на службе капитанов

Читать ria.ru в
МОСКВА, 8 окт — РИА Новости. Образ моряка часто ассоциируется с суровым характером. Однако чувство юмора – важная часть жизни на судне. В честь Дня командира надводного, подводного и воздушного корабля ВМФ России командиры в запасе рассказали проекту "Морская держава", как смех помогал пережить долгие морские походы.

Подарок с сюрпризом

"Эта история произошла в Севастополе в 1988 году. Корабль под моим командованием находился на заправке", – вспоминает Виталий Владимирович Поборчий, капитан 2-го ранга в запасе.
С другой стороны причала пополняло запасы топлива большое гражданское судно. И с этого судна к нашему герою с просьбой обратился человек, который отвечал за продовольственное снабжение, – нужно было обменять свежее мясо на тушенку.
"А нам как раз нужно было сделать такой обмен, так как мы выходили надолго в море, и нам удобнее было взять тушенку. Тем более обмен был очень для нас выгодным – с превышением", – рассказывает Виталий Владимирович.
Корабли быстро перегрузили, и в командирскую каюту зашел старший помощник с гражданского судна. Выразив благодарность, он решил сделать памятный подарок и со словами, что "это классная вещь", протянул гигиеническую помаду.
"Я открыл, посмотрел – она прозрачная с зеленым оттенком, убрал в карман. Это был вечер".
Помощник командира малого противолодочного корабля МПК-13 Виталий Поборчий, 1982 год
Днем в обеденный перерыв Поборчий занимался боксом, и во время спарринга ему разбили губу. Чтобы хоть как-то облегчить боль, он нанес чудо-гигиеничку.
"Занимаюсь своими делами, тут раздается четыре звонка – это означает, что пришел кто-то из начальства. Я надеваю фуражку и, как положено, встречаю руководство. Заходит командир дивизиона, слушает мой доклад, но смотрит на меня как-то странно. Спрашивает, что случилось? Я уверенно отвечаю, что все хорошо".
Комдив понял, что так ничего не добиться, и увел молодого командира в каюту – к зеркалу.
"Я глазам не поверил: помада оказалась проявляющаяся, ярко-красная. И она еще размазалась, как будто я с кем-то целовался", – смеется Виталий Владимирович.
Ему стоило немалых усилий объяснить, что же на самом деле произошло.

Пообедал…

"Я был помощником командира в новообразованном экипаже. Мы только что закончили обучение и прибыли на флот, приняли корабль. Вышли в море выполнять задачу – управление подводной лодкой в надводном положении. В общем, учиться плавать", – вспоминает Илья Петрович Смирнов, командир экипажа головной атомной подводной лодки второго поколения "К-38" (1974–1978) Северного флота, капитан 1-го ранга в отставке.
Молодым морякам надо было отработать множество элементов, в том числе "турбина реверс" (когда подлодка движется вперед, останавливается и резко идет назад). У подводной лодки, как правило, нос тяжелый.
"Когда мы стали его делать, естественно, ход сбавлялся и приблизился к стопу. А при нуле скорости дифферент (разница между положением носа и кормы судна по горизонтали) начал образовываться на нос", – рассказывает Илья Петрович, уточняя, что нос лодки начал опускаться ко дну.
Командир дал приказ "Пузырь в нос!", который означает продувку цистерн главного балласта, чтобы вытеснить воду. Но в этот момент маневровщик докладывает, что заклинило маневровое устройство и подводная лодка работает винтом назад.
"Нос лодки стал очень легким, а корма стала очень быстро опускаться, и дифферент достиг больше 40 градусов. Глубина 195 метров, мы на глубине 40 метров, длина подводной лодки 104 метра. Создалось впечатление, что мы вот-вот начнем бурить дно винтом", – говорит Смирнов.
Но командир вовремя среагировал и дал команду делать аварийное всплытие.
"В это время на лодке был заместитель командира дивизии по электромеханической части, – рассказывает Илья Петрович. – Он контролировал наш выход – экипаж-то молодой. Было время обеда, и комдив зашел в кают-компанию, предвкушая вкусный обед".
За что съели кока, или Как готовят на флоте
Ему налили тарелку наваристого горячего борща… И надо ж было, что именно в этот момент подлодка, как поплавок, выскочила на поверхность носом вперед и плюхнулась на воду. Борщ отправился в несанкционированный полет.
"Когда мы перешли в надводное положение, комдив зашел в центральный отсек весь в борще, снимая капусту с новой рубашки. Его первая фраза была: что же вы тут творите, толпа непуганых идиотов?"
С обедами на подводной лодке надо быть аккуратнее.

Операция для симулянта

"Случилось это в 1978 году. Шли пятидесятые сутки похода, начало сказываться однообразие подводного быта: каждый день одно и то же – вахты, завтраки, обеды, уборка, всплытия на сеанс связи, одни и те же лица. Народ начал скучать", – вспоминает Николай Александрович Денисов, командир атомного подводного крейсера стратегического назначения 667 Б, капитан 1-го ранга в отставке.
Николай Александрович Денисов
Молодой мичман Акимов начал постоянно захаживать к корабельному врачу с болями в животе. Но доктор причин для госпитализации не видел. Однако моряк был настойчив. Оказывается, он надеялся списаться с плавсостава по состоянию здоровья. И подошел к этому основательно – каждую свободную минуту штудировал справочник практикующего врача, а именно главу "Острый аппендицит".
В очередной раз мичман отправился к судовому корабельному Айболиту убеждать, что страдает от аппендицита. Врач осмотрел Акимова, взял все анализы и велел прийти через полчаса. Конечно же, все показатели были в норме.
Симулянт очень надоел уставшему доктору, и он решил его проучить, заручившись поддержкой техника-химика-санитара в одном лице. Они разложили инструменты на столе и стали ждать главного героя запланированного спектакля.
Пациент зашел в медблок. Врач сурово заявил, что диагноз подтвердился и надо срочно делать операцию, сделал вид, что позвонил по корабельному телефону и "получил разрешение" флагманского врача дивизии. Таким же образом врач сымитировал, что получил разрешение командира корабля на операцию.
"Акимов так разволновался, что мало понимал происходящее. Он уже был не в силах сообразить, что невозможно с корабельного телефона связаться с флагманским специалистом, находящимся на берегу за полтысячи миль", – рассказывает Денисов.
Мичмана подготовили к операции: побрили живот и сделали клизму. Привели в изолятор, уложили на кровать и дали пару таблеток безобидной аскорбинки, сказав, что это сильное обезболивающее. Положили на низ живота грелку со льдом и переключили кондиционер на холод.
"Тело на операции должно быть предельно холодным, так безопаснее, меньше осложнений", – убедили пациента.
Через пятнадцать минут Акимову велели обнажиться и заходить на операцию.
Везде были разложены хирургические инструменты – пилы, молотки, ножи, зажимы скальпели, щипцы. Висели анатомические плакаты.
"На одном из них фломастером была нарисована стрелка указывающая в правый низ живота с надписью: “аппендикс здесь”", – смеется Николай Александрович.
Медбрат пригласил Акимова, сверкая огромным шприцом. Но в этот момент нервы у Акимова окончательно сдали, и он выбежал из каюты, прикрываясь трусами, в неизвестном направлении.
И все бы закончилось смехом медиков, однако в положенное время мичман не явился на построение. Его искали всем составом, но нигде не могли найти.
"Зайцы" подводного флота: как на субмаринах появлялись лишние матросы
Доктор и медбрат признались старпому, что разыграли горе-симулянта.
"Все же в полумраке румпельной выгородки 10-го отсека, между аварийными плотами, разглядели голое тело. Его отправили в горячий душ, дали рюмку горячительного и уложили спать", – вспоминает Николай Александрович.
А доктор-шутник со своим помощником каждый день, без отдыха, проводили "контрольную проверку по отработке специальных задач медицинской службы".
Через неделю врач взмолился, так как надо было писать отчет, и старпом сбавил обороты. К тому времени история с мичманом отошла на второй план.
"Подводник все-таки должен быть немного более стойким и не впадать в панику при виде медбрата со шприцем. Да и с чувством юмора надо дружить более крепко, иначе как можно без юмора делать такое большое, очень серьезное и интереснейшее дело – подводное плавание", – завершил Николай Александрович Денисов рассказ.