0
2427
Газета Культура Печатная версия

14.03.2021 17:48:00

Третьяковка, Самарский художественный музей и галерея "Виктория" отмечают 100 лет нового искусства в городе

Передовой отряд у станка авангарда

Тэги: третьяковка, самара, художественный музей, галерея виктория, новое искусство, авангард, выставка


Директор Третьяковки Зельфира Трегулова представляет экспозицию. Фото с сайта www.samregion.ru

Пока Самарский филиал Третьяковской галереи – конструктивистскую фабрику-кухню (см. «НГ» от 02.11.20) в форме серпа и молота – готовят к открытию, музей делает совместные проекты с местными институциями на их площадках. На этот раз отмечают столетие прихода в Самару авангарда, который в институциональном плане остался скорее утопией, но дал Самарскому областному художественному музею значимое собрание в сотню произведений. Вместе с ГТГ музей представил у себя проект «Передовой отряд. 100 лет авангарда в Самаре». Его продолжением задумана выставка «Художники у станка. Искусство после революции», открывшаяся в галерее «Виктория» и сформированная на основе коллекции Третьяковки. По словам сотрудника ГТГ Ильи Сульдина, за две недели работы «Передового отряда» его посмотрели уже больше 1000 человек.

Как известно, авангард, мысливший себя движущей силой новой жизни, «кровеносными сосудами» хотел дотянуться до всех ее уголков. В 1919 году Отдел ИЗО Наркомпроса задумал создать (в частности) в Самаре, с одной стороны, музей современного искусства (устроенный по типу московского Музея живописной культуры (см. интервью о московском МЖК в «НГ» от 09.09.19), с другой – Государственные свободные художественные мастерские. По большому счету этого не случилось. Близнецы МЖК вообще появились только в Петрограде-Ленинграде, Нижнем Новгороде, Костроме и, видимо, в Екатеринбурге. А вот Свободные художественные мастерские в Самаре все-таки открылись, объявив набор студентов в конце 1920-го, – и, вероятнее всего, закрылись уже в 1921-м. Сперва в одном из зданий был пожар, потом в Поволжье начались голод и тиф, выгнавшие отсюда многих художников.

И все-таки искусство авангарда здесь прижилось, хотя своего часа ждало долго. Музейное бюро Отдела ИЗО Наркомпроса, по-видимому, имело на Самару большие виды: она стала одним из первых городов, куда в 1919-м отправили 35 произведений нового искусства (среди них, например, 11 картин амазонки авангарда Ольги Розановой. Сегодня их осталось лишь 6, а на выставке по-настоящему изумляет непривычно для Розановой звучными красками написанная «Беспредметная композиция», в которой в 1916 году нужно было разглядеть полет аэроплана). Второе существенное «вливание» авангарда в волжский город произошло через 10 лет, после расформирования Музея живописной культуры в Москве – на тот момент филиала Третьяковской галереи. Новейшие достижения искусства здесь успели коротко показать в 1919-м, а постоянная экспозиция авангарда в Самарском художественном музее открылась на излете 1989-го. С тех пор эти работы гастролируют по всему миру. В 2020-м музей выпустил каталог этой части коллекции, дав книге символическое название «Непрерванный полет». Там, как и на нынешней выставке, имеется и свой Малевич, хотя «Жизнь в большой гостинице» в самом музее вызывает сомнения в авторстве супрематиста. Но другого Казимира в Самаре нет: присланный сюда в 1919-м «Гитарист» пропал еще в начале 1920-х.

Собственно, выставка «Передовой отряд», которую курируют Татьяна Петрова от Самарского художественного музея и Константин Зацепин от Третьяковки и ради которой помпезный Мраморный зал с кессонами и тяжелой люстрой лихо рассекли выгородками на почти супрематические круг и прямоугольник (сценография Александра и Ольги Филимоновых), – так вот экспозиция показывает, как новое искусство сюда внедряли (раздел «Музей-мечта») и как оно, сперва рассыпавшееся на символизм, кубофутуризм, варианты фовизма, супрематизм и т.д., двигалось к «Новой фигуративности» (вторая часть проекта). За последнюю отвечали Николай Попов, Самуил Адливанкин и Георгий Ряжский, командированные в Самару ставить искусство на новые рельсы. Попов и Адливанкин, к слову, были в числе соавторов проекта памятника III Интернационалу: на плечах пролетариев покоится сфера, на той стоит обелиск со спиралью. Венчать конструкцию должен был прожектор – «маяк на пути к коммунизму». Дальше закладки памятника дело не пошло – в 1921-м на него уже не было денег. Об агитационном искусстве на выставке тоже идет речь, в то время как поиски той самой новой фигуративности показаны через то, как ученик Малевича Ряжский «дрейфовал» от геометрии абсолютного супрематизма к абсолютному же реализму портрета. Попов искал свой язык между эстетской графикой, где «синкопами» идут кубистические изломы, и подобием «новой вещественности», а Адливанкин перекладывал действительность на пленительный своей кажущейся простотой язык наивного искусства.

«Художники у станка» в галерее «Виктория» – автономный проект, но с «Передовым отрядом» его связывает как раз этот поиск новой фигуративности. Куратор «Виктории» Сергей Баландин, лауреат премии «Инновация-2020», в каталог написал замечательную статью, а в зале объединил, в частности, художников Общества станковистов (ОСТ) и проекционистов, чтобы показать траектории того, как переосмысляли живопись в 1920-х. Глядя на героев новой эпохи, картина теперь учитывала научно-технические достижения времени. С одной стороны, используя приемы монтажа, как в «Лыжниках» остовца Дейнеки, с другой – исследуя то, как, например, свет транслирует время и пространство и влияет на психическое восприятие в «Механическом человеке» и «Муже и жене» проекциониста, автора теории электроорганизма Климента Редько. «Прогрессивность в живописи – свечение, наполняющее пространство формами, основанными на электричестве, рентгенологии и прочих видах возбуждений», – считал он.

Когда Третьяковка откроет в городе свою фабрику-кухню, говорит директор филиала Михаил Савченко, здание будет функционировать как кунстхалле и, кстати, станет частью своеобразного кластера: неподалеку находится комплекс «Самара космическая», а скоро откроется Музей рок-н-ролла (Zvezda House of Rock). По словам Савченко, Третьяковская галерея планирует показывать в Самаре «минимум три больших проекта в год». Один из них инициирует сам филиал: это что-то, связанное с фабрикой-кухней или с той эпохой. Другой – блокбастер, который ГТГ привозит из Москвы, а третий – знакомство с другими областными музеями, то есть налаживание горизонтальных связей. 

Самара–Москва


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Другие новости

Загрузка...