0
3992
Газета Культура Печатная версия

27.01.2022 18:01:00

Та самая Татьяна. В зале "Зарядье" представили "усовершенствованный" вариант оперы "Евгений Онегин"

Тэги: русская опера, евгений онегин, чайковский, татьяна, концерт, николай каретников, зарядье


Маэстро Константин Чудовский дирижировал оперу наизусть. Фото Лилии Ольховой предоставлено Залом «Зарядье»

Шедевр Чайковского в представлениях не нуждается: самая популярная русская опера, написанная на самый известный отечественный литературный хит, почти за полтора столетия своего существования знавала тысячи самых разных интерпретаций. Его исследовали вдоль и поперек, пытаясь вытянуть из на первый взгляд бесхитростного, но на поверку очень глубокого произведения множество разных смыслов и идей.

В Москве, в оперных театрах которой сегодня идет аж пять версий этой оперы, не считая студийных вариантов, давать еще одного «Онегина», да еще и в концертном варианте, особого смысла нет. Тем не менее и концертные версии периодически случаются.

В «Зарядье» решили подойти к произведению инновационно, взяв для очередного концертного обращения необычную редакцию шедевра, появившуюся более 20 лет назад – к 200-летию Пушкина. Тогда звукорежиссер, музыкант и журналист Георгий Каретников, брат знаменитого отечественного композитора-авангардиста Николая Каретникова, предложил свой взгляд на оперу – назвал ее «Татьяна» и попытался поставить в центр повествования не титульного героя, а главный женский образ. Сказать, что идея уж очень оригинальна, затруднительно: еще сам Чайковский хотел назвать свою оперу именно «Татьяна Ларина». О том, что подлинным центром и романа, и оперы является именно дама, а не кавалер, кто только не говорил – и великие русские писатели (например, Достоевский), и знаменитые пушкиноведы, да и простой читатель и простой слушатель улавливает это легко, с первого знакомства что с литературным первоисточником, что с его омузыкаленной версией.

Каретников отсекает все, как ему кажется, лишнее, стараясь еще больше высветить и укрупнить образ Татьяны. Купюры в редакции многочисленны – из трехактной (в семи картинах) оперы он сделал компактный дайджест на 90 минут: под нож пошли многочисленные диалоги, бытовые зарисовки, хоры, да и некоторые фрагменты сольных высказываний вокалистов. Впрочем, при этом Каретников оставляет конфронтацию Ленского и Онегина и хитовую арию романтического поэта – без чего в гиперболизации образа Татьяны уж точно можно было обойтись, если, конечно, действительно ставить такую цель. «Татьяна» лишена явственно трагического финала, хотя и к первоначальному мелодраматическому окончанию вернуться не рискнули (известно, что самое первое исполнение «Онегина» в 1879 году было именно таким – с любовными объятиями лирической пары). После удаления главной героини не звучат сакраментальные слова Онегина про позор, тоску и жалкий жребий, а неожиданно возвращается музыка вступления к опере, причем на этот раз финальная точка в нем – откровенно мажорный аккорд. Он словно легкий оттенок злорадного торжества: Татьяна отмщена, вполне удовлетворена и собой довольна, а Онегин – изрядно проучен.

Существенную роль в каретниковской «Татьяне» играет собственно поэзия Пушкина: в записи звучит голос Иннокентия Смоктуновского, читающего бессмертные строфы романа – то в полной тишине, то поверх оркестровой музыки. Вкрадчивая манера Иннокентия Михайловича создает, конечно, особую атмосферу – и надо признать, что поэтические фрагменты вплетены в партитуру достаточно удачно, не оставляя впечатления искусственного и неуместного довеска.

Лучше или хуже такой вариант известного всем оригинала? Кажется, дать точный ответ на этот вопрос невозможно: «Онегин» столь совершенен и так хорошо нам знаком и в целом, и в деталях, что ни испортить, ни улучшить его невозможно ничем, он абсолютно самодостаточен и хорош в любом виде – и в качестве традиционного спектакля, и в виде авангардного режиссерского прочтения, и как музыкально-драматическая композиция «по мотивам» с совершенно любыми, порой даже неожиданными акцентами. А если исполнительские силы достойного качества, то всякие инновационные потуги отступают на второй план – и Чайковский начинает царить безраздельно.

В «Зарядье» примерно так и вышло. Замечательный БСО имени Чайковского с «Онегиным» на «ты» с давних пор: Владимир Федосеев обращался к этой опере со своим оркестром не раз. Маэстро Константин Чудовский дирижирует всю оперу наизусть, но удивляет даже не это (в конце концов главный дирижер Екатеринбургского оперного театра регулярно встречается с этой оперой на родной сцене), а как точно он помнит детали редакции Каретникова и особенности компоновки музыки и поэтического текста, – не то что ни одной даже малейшей осечки не случается, а весь концерт проведен, без преувеличения, на одном дыхании. У исполнения оказалась великолепная героиня – Любовь Петрова прочитала пушкинскую Татьяну и мастерски с точки зрения технологии пения, и при этом не лишив героиню сердечного трепета, подлинно благородных интонаций. Среди неоспоримых удач вокального состава – задорная и яркая по звуку Ольга Полины Шамаевой, и, конечно же, поистине золотой баритон Константина Сучкова – Онегина, звучащий гедонистически прекрасно и с естественной выразительностью.n


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также