1
3320
Газета Экономика Печатная версия

12.11.2020 20:56:00

Российское правительство критикуют за неэффективность расходов

Ведомство Кудрина не дает расслабиться кабинету министров

Тэги: бюджет, дефицит, госрасходы, неэффективность, аудит, счетная палата, бизнес, льготные кредиты, госпрограммы

On-Line версия

В Счетной палате призывают правительство внимательнее тратить резервный фонд. Фото Льва Исраеляна

Рекордный дефицит российского бюджета обострил проблему неэффективности госрасходов. Аудиторы Счетной палаты указывают, что расходы резервных фондов правительства далеко не всегда имеют ясные цели и обоснование. Похожие претензии к госрасходам через фонды развития формулируют российские сенаторы. У российского бизнеса также есть претензии к механизмам распределения льготных кредитов по ставке 2% годовых.

Федеральный бюджет РФ в январе–октябре 2020 года, по предварительной оценке, исполнен с дефицитом 1,8 трлн руб., сообщил Минфин. При этом каждый четвертый рубль из доходов федерального бюджета взят взаймы. Подобное состояние казны выводит на первый план вопросы об эффективности и целесообразности расходования бюджетных денег. В четверг Счетная палата опубликовала отчет о расходовании резервных правительственных фондов. А накануне члены Совета Федерации обратились к премьеру Михаилу Мишустину с предложениями реформы фондов развития, эффективность которых вызывает большие вопросы.

Направление средств из резервного фонда правительства на финансовое обеспечение госпрограмм и федеральных целевых программ не всегда способствует достижению целей и задач этих программ, говорится в отчете Счетной палаты (СП).

Ведомство Алексея Кудрина отмечает, что финансирование госпрограмм в первом полугодии 2020 года достигло рекордных 1,4 трлн руб. (в 2019-м эта сумма составляла 190,3 млрд руб., а в 2018-м – 199,6 млрд), однако увеличение финансирования не всегда способствует достижению запланированных показателей. В большинстве случаев при предоставлении средств из резервного фонда уточнение объема финансового обеспечения, необходимого для реализации госпрограмм, так же как и уточнение показателей госпрограмм, не производится. «Это ведет к нарушению взаимосвязи затраченных ресурсов и полученных результатов, может искажать реальную оценку эффективности деятельности органов исполнительной власти и используемых ими бюджетных ассигнований при реализации госпрограмм», – отмечает аудитор Данил Шилков.

Проблемы с госуправлением и странным расходованием госсредств в четверг отметили и в Совете Федерации. Глава комитета Совфеда по экономической политике Андрей Кутепов предложил премьер-министру Михаилу Мишустину провести ревизию корпораций, фондов и институтов развития регионов – всего более 30 институтов развития, чтобы повысить их эффективность и сократить расходы.

Проведенный комитетом мониторинг показал, что зарплата чиновников, курирующих тему моногородов (1 млн руб. в месяц), превышает бюджеты нескольких из этих моногородов. Также Кутепов обратил внимание на непрозрачность деятельности институтов развития Дальнего Востока, большую часть расходов которых составляют расходы на оплату труда их персонала.

По данным Счетной палаты, у резервного фонда резко выросли затраты на поддержку отраслей экономики: после 39 млрд в 2018 и 26,7 млрд в 2019 годах в первом полугодии 2020 года на эти средства выделено 203,6 млрд руб. Но появилась также и абсолютно новая статья – расходы на борьбу с распространением COVID-19. По ней, согласно данным палаты, из фонда в первом полугодии было потрачено 412 млрд руб. Речь, вероятно, идет о льготных кредитах бизнесу из числа пострадавших отраслей на преодоление последствий эпидемии (в частности, субсидирование льготных кредитов под 2%).

Изначально лимит по этой программе составлял 248 млрд руб., но после нескольких увеличений он к концу июня достиг 468 млрд руб. Программа стартовала 1 июня. Помимо льготной ставки доступны особые условия погашения. Тем организациям, которые сохранят не менее 90% сотрудников, кредит будет списан вместе с процентами – всю сумму выплатит государство. Если в штате останется не менее 80% работников, организация должна будет вернуть только половину ссуды и процентов по ней.

Льготные кредиты под 2% бизнесу позволили поддержать в первом полугодии более 3 млн рабочих мест. Президент Владимир Путин отмечал востребованность программы, спрос на которую значительно превысил изначальные ожидания. Еще одна программа, которую субсидировало правительство, – кредиты под 0% на неотложные нужды для поддержки и сохранения занятости. К концу июня она обошлась в 90,6 млрд руб. и коснулась примерно 36,4 тыс. предприятий с 1,2 млн занятых, сообщало Минэкономразвития.

Субсидируемые ставки по «ковидным» кредитам вызвали еще один эффект: малый и средний бизнес стал активнее кредитоваться и по рыночным ставкам, которые снизились. Как показало исследование Frank RG и Объединенного кредитного бюро (ОКБ), российские банки в третьем квартале 2020 года выдали кредиты компаниям микро-, малого и среднего бизнеса (МСБ) на сумму более 1 трлн руб., а это на 27% больше предыдущего квартала и на 59% больше, чем за аналогичный период 2019 года.

Рост объемов кредитования МСБ на фоне кризиса связан с появлением на рынке льготных кредитов для пострадавших от коронавируса отраслей по субсидируемым государством ставкам 2% (на покрытие расходов) и 0% (на выплаты зарплат), пишут исследователи. Об этом, в частности, свидетельствует резкое падение процентных ставок с 10% в третьем квартале 2019 года до 6,4% в 2020-м. Ранее бизнес-омбудсмен Борис Титов предлагал снизить ставку по льготным кредитам для малого и среднего бизнеса до 6,25%.

По данным сайта Минэкономразвития, в общей сложности правительством на поддержку бизнеса и граждан выделено 3 трлн руб., однако в конце октября министерство сообщило, что предприятия заключили соглашения с банками на 420 млрд руб.

«Многие предприятия стремятся взять льготные антикризисные кредиты, субсидируемые правительством, их объем и доля в общем объеме выданных кредитов стремительно растут. Благодаря этому сокращается и средняя ставка, но она не отражает рыночных реалий, так как если государство прекратит субсидирование и часть предприятий не смогут вернуть полученные кредиты из-за сложностей, вызванных второй волной эпидемии, то это приведет к тому, что банки усилят требования к потенциальным заемщикам и повысят ставки по кредитам, чтобы компенсировать заложенные в них риски», – предупреждает доцент кафедры «Финансовые рынки» РЭУ им. Г.В. Плеханова Максим Марков.

«Картина оказываемой под госпрограммы помощи безусловно искажается, поскольку заранее зарезервированные под гарантии льготного кредитования триллионы рублей далеко не означает, что хотя бы близкие по размеру суммы будут в реальности и востребованы, и выданы, то есть выпущены банками в рыночную среду. Сами по себе механизмы и критерии выдачи льготных антикризисных кредитов вполне прозрачны и просты, но беда в том, что они недостаточно широки, как недостаточно щедры и во многом оторваны от реальной жизни сами принятые решения, - сказал «НГ» шеф-аналитик ТелеТрейд Петр Пушкарев.

Нередки случаи, когда компании отсекаются от необходимой и запрашиваемой ими поддержки по чисто формальным поводам – по цифровым кодам заявленных видов экономической деятельности. Многие другие компании имеют право на помощь, однако не рискуют взвалить на себя дополнительную кредитную нагрузку, ведь деньги, пусть даже под 2%, рано или поздно придется отдавать. Отдавать в дополнение к налоговым платежам, которые не простили, а только продлили по ним каникулы, и их через какое-то время придется ежемесячно погашать, как и долги по арендной плате и по старым, ранее взятым кредитам.

«Чтобы цели развития достигались реально, а не для галочки, правительству следовало бы выделять не гарантии под кредиты, а прямые и безвозвратные субсидии компаниям хотя бы в рамках 30-–50% от уплаченных в казну конкретной компанией налогов за прошлый год, – предлагает Пушкарев. – Либо, в крайнем случае, – облекать эти субсидии в форму обязательно беспроцентных кредитов, которые не создают для предприятий никакой дополнительной долговой нагрузки, и с началом погашения этих беспроцентных кредитов не ранее, чем через 3–5 лет. А не в тот самый день, когда начнется массовая вакцинация. Ведь на восстановление доходов и для запуска бизнеса на полную мощность потребуется значительное время».

Причина роста затрат при отсутствии достижения заявленных целей и весомых результатов – это всегда низкая эффективность работы выделенных инвестиций, считает аналитик ГК «ФИНАМ» Алексей Коренев. «Причем отнюдь не всегда основным препятствие является косность чиновников, коррупция, непроработанность методик, поспешность и ошибочность применяемых решений и т.д., - сказал «НГ» эксперт. - Начнем с того, что из 412 млрд руб., потраченных в I полугодии на борьбу с последствиями COVID-19, лишь очень незначительная часть предназначалась предприятиям малого и среднего бизнеса, которые сильнее всего и пострадали от пандемии, так как большая их часть работает именно в сегменте услуг. А он оказался под самым тяжелым ударом. Немалая часть средств пошла на программы социальной поддержки населения (выплаты на детей, дополнительные субсидии наиболее нуждающимся категориям граждан и т.д.). Еще большой кусок этого «пирога» откусили крупные корпорации, которые, к слову, в срочной помощи нуждались в куда меньшей степени, чем МСП. А дальше начали появляться проблемы, о которых ранее никто даже подумать не мог. Значительная часть компаний, претендовавших на льготные кредиты, не смогла их получить из-за несоответствия кодов ОКВЭД основному виду деятельности (до пандемии никто об этом вопросе и не задумывался), или из-за низкой численности персонала (непонятно, кому из чиновников пришла в голову мысль обусловить выдачу льготного займа числом занятых на предприятии тружеников, компания, состоящая даже из одного человека - это все равно полноценное юридическое лицо), или из-за формального снижения количества работающих ниже 90% от списочного состава (на самом деле, в силу ротации кадров фактического снижения ниже уровня 90% у многих и не происходило, но фискальные органы видят уволившихся, а вот вновь принятых на работу увидят только в следующий отчетный период). И таких препон оказалось очень много».

Есть и еще одна неприятная для последнего времени вещь, добавляет Коренев. «Чиновники крайне опасаются расходования государственных средств на те или иные проекты. Понимая, что могут быть допущены ошибки, не исключена коррупция, эффективность работы может оказаться недостаточной, нормальный российский чиновник предпочтет не рисковать, нежели оказаться обвиненным в растрате государственных средств. В итоге выделяемые государством деньги на национальные проекты в большинстве случаев остались невостребованными. Отчасти это касается и льготного кредитования».

Что касается возможного искажения цифр по общему объему кредитования из-за кредитов льготных, то влияние льготных займов оказалось не таким уж существенным, полагает эксперт. «Да, рост в полтора десятка процентов действительно наблюдается. Отчасти он связан с льготными кредитами, отчасти с некоторым оживлением потребительского спроса и деловой активности после окончания первой волны пандемии. При этом большинство преград, с которыми столкнулись еще в весной этого года малые и средние предприятия, не устранены. На наш взгляд, для того, чтобы помощь малому и среднему бизнесу была действительно эффективной, и объемы, и механизмы предоставления льготных займов должны быть радикально изменены в стону прозрачности, упрощения процедур, снятия необоснованных барьеров и минимизации влияния на этот процесс чиновников, которые в большей степени опасаются за своё кресло, нежели за фактическую экономику своего региона. Стоит отметить, что за последнее время был предпринят целый ряд действий, которые бы сделали кредиты для МСП более доступными. Но, повторюсь, пока еще и объемы и сроки, за которые можно получить кредиты по сверхнизким ставкам, и условия их предоставления далеки от тех норм, которые бы позволили мелким предпринимателям не опасаться за будущее своего бизнеса», - говорит Коренев.

Вряд ли можно считать, что программы выдачи льготных кредитов бизнесу (на выплату зарплат в размере 1 МРОТ) искажают рыночную среду, - сказал «НГ» первый вице-президент "Опоры России" Павел Сигал. - Процедура очень громоздкая, список необходимых документов слишком большой, в результате, по разным оценкам, льготными кредитами смогли воспользоваться не более 30% предприятий малого и среднего бизнеса».
Институты развития в РФ страдают одной серьезной проблемой, считает эксперт: есть определенная стратегия, поставлены целевые показатели, но конкретные шаги по исполнению программ постоянно сталкиваются с формальным подходом. «То есть чтобы достичь нужных параметров на местах, приходится значительно больше тратить времени и ресурсов, чем было запланировано. Нужно упростить механизм институтов развития, оптимизировать процессы согласований».

Льготные кредиты не могут искажать рыночную среду через фонды и институты развития, так как у представителей бизнеса не возникло огромного ажиотажа на этот инструмент поддержки, говорит исполнительный директор департамента рынка капиталов ИК «Универ Капитал» Артем Тузов. «За время самоизоляции ими успели воспользоваться не более трети предпринимателей. Во многом это произошло потому, что сам механизм получения средств довольно объемный, бизнесу нужно было собрать необходимый пакет документов в условиях самоизоляции. Льготные антикризисных кредиты выдаются по довольно прозрачным критериям, но нужно понимать, что они были сформированы в условиях нехватки времени на четкую доработку, поэтому чтобы добиться их четкости и организовать работу на новом, более качественном уровне, потребуется аналитическая работа по упрощению действующих механизмов».


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(1)


dlz 05:21 13.11.2020

Это достижение: сама возможность читать отчеты такого рода.



Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также


Другие новости

Загрузка...