0
3
Газета Экономика Печатная версия

28.03.2021 19:59:00

Малый бизнес не стал в России инкубатором среднего класса

Минэкономразвития пересмотрело вклад предпринимателей в ВВП

Тэги: нацпроект, малый бизнес, предприниматели, ввп, средний класс, регионы, исследование, вшэ


Бизнес-омбудсмен Борис Титов опасается, что корректировка нацпроекта не улучшит условия для предпринимателей. Фото агентства «Москва»

Малый бизнес в России в отличие от западных стран не становится ключевым фактором формирования среднего класса, он слишком слаб. К такому выводу пришли исследователи из Высшей школы экономики (ВШЭ). По их оценкам, в зависимости от региона доля среднего класса в стране варьируется от 12–15 до 50%. Подробные данные исследователи представят на конференции в апреле. Предприниматели пояснили, что малый бизнес в РФ не обеспечен социальными лифтами. При этом Минэкономразвития (МЭР) обновило паспорт нацпроекта, посвященного малому и среднему предпринимательству, что вызвало опасения у бизнес-омбудсмена Бориса Титова, указавшего на уменьшение целевых показателей.

Исследователи ВШЭ проанализировали ситуацию в регионах и выявили, какие факторы положительно влияют на формирование среднего класса, какие – отрицательно, а какие в принципе не оказывают никакого эффекта.

Как сообщается в исследовании Дании Тазетдиновой («Детерминанты формирования среднего класса в России»), «увеличивают средний класс количество выпускников высших учебных заведений, доля занятых в производственном секторе и естественный прирост населения». А отрицательное влияние оказывают уровень безработицы и бюрократии.

И самое главное – «гипотеза о значимости малого предпринимательства для формирования среднего класса не подтвердилась». «Российский малый бизнес не так силен, как западный, где он является одним из ключевых факторов роста среднего класса», – отмечается в исследовании. В России ему не хватает сил на то, чтобы стать локомотивом среднего класса. Более подробные данные будут представлены на Апрельской международной конференции ВШЭ.

Как сообщила «НГ» Тазетдинова, в рамках исследования применяется экономический подход к определению среднего класса. Первый способ – медианный: «Согласно нему, к среднему классу региона относим население со среднедушевым денежным доходом более 1,25 (или 125%. – «НГ») медианного регионального дохода». Медианный региональный доход – величина, относительно которой у половины населения региона доходы выше, а у половины ниже. Второй способ – «проминимумный», когда к среднему классу относится население со среднедушевым денежным доходом выше трех региональных прожиточных минимумов.

Для ориентира уточним, что если говорить про всю страну, то, по Росстату, в 2019-м медианный среднедушевой доход составлял почти 26,4 тыс. руб. Прожиточный минимум в целом по стране был в третьем квартале 2020-го около 11,6 тыс. руб.

«Мы не устанавливаем верхнюю границу принадлежности к среднему классу по нескольким причинам, осознавая, что это может привести к некоторому завышению численности. Во-первых, это объясняется особенностью данных о распределении населения по размеру доходов, где низка степень дифференциации в верхней доходной группе, – продолжила Тазетдинова. – Во-вторых, в научной литературе не было найдено достаточно обоснований для какого-либо конкретного значения, ограничивающего размер экономического среднего класса сверху, в то время как предположения о нижней границе более обоснованы».

В исследовании был оценен размер экономического среднего класса в каждом российском регионе отдельно, но не в России в целом. «Например, размеры экономического среднего класса (в рамках «проминимумного» подхода) в 2018 году варьируются от 12–15% в таких регионах, как республики Тыва, Ингушетия, Калмыкия, Карачаево-Черкесия, до 50% в таких субъектах, как Москва, Санкт-Петербург, Татарстан, Московская, Тюменская области», – перечислила Тазетдинова.

Напомним, ранее президент Владимир Путин сообщал о «методике Мирового банка, она заключается в том, что средний класс считается по количеству домохозяйств, людей, доходы которых в полтора раза больше, чем минимальный размер оплаты труда»: «У нас таких – свыше 70%». Оценки, как видим, разнятся.

Тазетдинова привела примеры, как в регионах сказываются разные факторы формирования среднего класса: «Так, в Татарстане «высокие значения численности среднего класса сопровождаются высоким уровнем образования, относительно большой долей занятых в производственном секторе и относительно невысоким уровнем бюрократизации». «В то же время показатель малого бизнеса оказывается незначимым при формировании среднего класса в российских регионах. Например, Московская область, являющаяся одним из лидеров по размеру среднего класса, по показателю количества малых предприятий на 10 тыс. человек населения находится лишь в третьем десятке в списке регионов России в 2018 году», – уточнила автор исследования.

Опрошенные «НГ» экономисты и предприниматели подтвердили тезис о слабости и угнетенности малого бизнеса в РФ. «Положение очень непростое, наблюдается маргинализация бизнеса. Он вытесняется из экономики, из социальной системы, заменяется крупным бизнесом или государством», – обратила внимание ведущий научный сотрудник Российского экономического университета им. Плеханова Анна Духон. В дополнение к этому пандемия и локдаун в 2020 году нанесли по малому бизнесу тяжелый удар, он находится на грани выживания.

Глава Минэкономразвития Максим
Решетников, судя по всему, пока не будет
оценивать вклад малого бизнеса в ВВП. 
Фото PhotoXPress.ru
«Малый бизнес со всех сторон зажат налогами, взносами, сборами, бюрократическими процедурами и контролирующими органами. Все это ложится на него большой финансовой нагрузкой, он не в силах платить конкурентную зарплату своим сотрудникам и себе, – пояснил член генсовета «Деловой России» Алексей Мостовщиков. – К сожалению, в настоящее время политика государства больше направлена на развитие крупного бизнеса и корпораций».

«Одна из центральных причин, почему малый бизнес не становится генератором среднего класса в России: в российском бизнесе не работают соцлифты. Маловероятно, что малый бизнес, развиваясь, станет средним. Он скорее начнет дробиться на другие малые бизнесы, соответственно не будут создаваться новые высокодоходные рабочие места, – продолжил председатель правления Центра экономического роста, член генсовета «Деловой России» Алексей Порошин. – Маленькая компания имеет потолок своего развития как по доходам, так и по масштабам, а большая – нет, так что темпы роста доходов малых бизнесменов не сравнимы с крупными».

Как уточнил первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал, средний класс – один из основных показателей здоровья экономики, так как население со стабильным доходом чаще покупает товары, пользуется услугами, что благоприятно влияет на потребительский спрос в стране.

Эксперты перечислили, какие отрасли потенциально могут генерировать средний класс. По словам Сигала, «сейчас новым источником среднего класса могут стать транспортно-логистическая сфера, строительство, автомобильный бизнес; высокие заработные платы в финансовой сфере, в IT и оптовой торговле».

«Безусловно, наиболее динамично развивающийся рынок – это сфера digital (цифровых технологий. – «НГ»). При этом профессионалов в отрасли не так много, что снижает барьер входа. Это позволяет работоспособным, думающим предпринимателям занять свое место в этой нише. Я полагаю, что это и будет основой для формирования среднего класса в ближайшие 5–10 лет, когда молодые специалисты начнут выстраивать свои бизнес-модели и занимать управляющие позиции», – сказал гендиректор INRPO.digital, член генсовета «Деловой России» Виталий Арбузов.

Однако, как считает Порошин, вопрос не ограничивается отраслевой классификацией. Важнее востребованность профессии в сочетании с экономической спецификой региона. «К примеру, намного больше шансов быть успешным программистом, работая в технопарке, чем продвигать IT в регионах, где делается упор на сельское хозяйство», – полагает он.

Свою озабоченность положением малого и среднего предпринимательства в стране высказал в конце минувшей недели бизнес-омбудсмен Борис Титов. Поводом стали изменения, внесенные в паспорт соответствующего нацпроекта.

Минэкономразвития разработало новую структуру паспорта. Титов указал в нем на негативную тенденцию к уменьшению ряда целевых показателей. «Если ты ставишь себе заведомо низкие планы, показатели, значит, ты так и будешь работать», – пояснил бизнес-омбудсмен.

В частности, как передает ТАСС, в обновленном нацпроекте «пересмотрен план количества занятых в секторе малого и среднего предпринимательства – с 25 млн до 23 млн человек к концу 2024 года; также из него исключен показатель вклада малого и среднего предпринимательства в ВВП».

Действительно, если сравнить новую версию, обнародованную на сайте министерства, с предыдущей, то видно, что в прошлом варианте прописывалось увеличение доли малого и среднего бизнеса в ВВП с базовых 22,3% до 32,5% в 2024 году. Также в прошлой версии была поставлена цель довести «численность занятых в сфере малого и среднего предпринимательства, включая индивидуальных предпринимателей» с базового значения 19,2 млн до 25 млн человек к 2024-му.

В обновленной версии «численность занятых в сфере малого и среднего предпринимательства, включая индивидуальных предпринимателей», должна составить в 2024 году 23 млн человек. Хотя в другом месте уточняется, что есть еще один запланированный показатель – это «количество самозанятых граждан, зафиксировавших свой статус и применяющих специальный налоговый режим»: предполагается, что в 2024-м их должно насчитываться уже более 2 млн человек. 


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.

Читайте также


Другие новости

Загрузка...