0
2001
Газета События Печатная версия

22.03.2002 00:00:00

Тайна блокпоста # 53

Тэги: омон, чечня, суд, следствие, версия

Сегодня Старопромысловский районный суд Грозного, чья выездная сессия проходит в Пресненском межмуниципальном суде Москвы, должен вынести приговор по делу о гибели 22 бойцов ОМОНа из подмосковного Сергиева Посада. Милицейская колонна была расстреляна 2 марта 2000 года под Грозным в районе блокпоста # 53. На скамье подсудимых - бывший заместитель начальника ГУВД Московской области генерал-майор Борис Фадеев и бывший руководитель группы управления Объединенной группировки войск МВД в Чечне полковник Михаил Левченко. Дело в отношении еще одного обвиняемого, бывшего начальника подольского ОМОНа майора Игоря Тихонова приостановлено ввиду его болезни. Все трое обвиняются в халатности, повлекшей гибель людей. 18 января с.г. в статье под заголовком "Мертвые сраму не имут" "НГ" представила версию случившегося, в которой оспариваются аргументы, содержащиеся в обвинительном заключении. Автор сегодняшней публикации выражает иную точку зрения. Она основана на данных конфиденциального источника - офицера спецслужбы, осуществляющего в Чечне агентурное обеспечение контртеррористической операции.

Чтобы понять, что на самом деле произошло у блокпоста # 53, нужно учесть обстановку, которая сложилась весной 2000 года в действующих в Чечне правоохранительных структурах. Это было время, когда территорию республики поделили между командированными в Чечню ОМОНами и новообразованными милицейскими формированиями бывшего мэра Грозного Беслана Гантамирова.

"Гранатомет я вам не дам"

Где-то в конце февраля у начальника Старопромысловского (гантамировского) РОВД Грозного вышел конфликт с начальником РОВД, прибывшего из Свердловска. Претензии заключались в том, что свердловчане обстреляли из БТР чеченский блокпост. Гантамировцы обиделись. В ходе выяснения отношений начальник Старопромысловского РОВД между прочим заметил, что скоро к нему прибудет усиление из Урус-Мартана и привезет с собой АГС-17 (автоматический гранатомет). Свердловчане восприняли это как попытку нарушить равновесие сил.

К развитию описываемых событий заканчивался срок командировки у подольского ОМОНа, его должен был сменить сергиевопосадский. На время смены комендант Грозного распорядился выделить из состава Старопромысловской комендатуры огневую подгруппу под командованием майора Дьяченко, которая должна была обеспечить процедуру замены подразделений. В ее состав было выделено два БТР-70. Дело еще в том, что 1 марта, за день до плановой замены подольского ОМОНа сергиевопосадским, был вновь открыт доступ местных жителей в Грозный. Командование, предполагая, что вместе с ними в город могут проникнуть боевики, поставило перед группой Дьяченко задачу не допустить этого.

Но перед выездом группы свой инструктаж с ней в свете конфликта с местной милицией провел и начальник свердловского РОВД. По его указанию группа должна была не допустить доставку автоматического гранатомета на позиции чеченского блокпоста. Личный состав при прохождении через позиции группы следовало пропустить, а АГС-17 либо вернуть в Урус-Мартан, либо изъять.

Группа прибыла на 53-й блокпост за 15-20 минут до подхода колонны сергиевопосадского ОМОНа. Дьяченко встретился с начальником штаба подольского ОМОНа и сообщил, что получил задачу остановить и разоружить колонну гантамировцев. Начальник штаба ответил, что у него самого на подходе колонна с заменой, которую уехал встречать командир. Они уже передали, что прошли село Побединское и скоро будут здесь. Ему заниматься проблемами Дьяченко некогда, пусть он решает их самостоятельно.

После этого Дьяченко выезжает к дороге, где располагает своих людей на крышах двух ангаров и за забором вдоль дороги. Бронетранспортеры ставит рядом с ангарами, своим "уазиком" перекрывает дорогу. На посту, который располагался на повороте, стояли два бойца подольского ОМОНа и пулеметчик-гантамировец. В этом месте гантамировцы должны были тоже выставить блокпост, но не сделали этого: в Грозном в это время шла торжественная церемония вручения им наград.

Без "брони" и вертолетов

Примерно в 10.00 на дороге показалась колонна. Из-за нее выехала белая "Нива" и стала быстро приближаться к блокпосту. На блокпосту машину остановили. Выяснилось, что трое находившихся в ней - гантамировцы. На вопрос Дьяченко: "Это ваши едут?" - пассажиры "Нивы" ответили, что идет колонна федералов. И сказали, что из "Уралов" бросают пластиковые стаканчики. Один ударился в ветровое стекло, и они обогнали колонну, опасаясь, что в машину угодит бутылка.

Дьяченко находился на блокпосту в будке, метрах в 100-150 от поворота. С этого места дорога не просматривалась. Тут стали приближаться первые машины колонны, в которой шло шесть "Уралов", "ГАЗ-53" и "уазики". Тогда и прозвучала первая очередь, происхождение которой установить не удалось. Очередь послужила сигналом для всей огневой группы на открытие огня. Не стреляли только бронетранспортеры, экипажам которых было приказано без особой команды огонь не открывать. Огонь велся практически в упор...

Обычно автоколонны федералов сопровождает "броня", иногда - вертолеты. Эту никто не сопровождал, и уже поэтому ее можно было принять за колонну гантамировцев или боевиков, следовавших под их видом. В середине колонны двигалась машина с флагом ОМОНа. Но тем, кто сидел на левом фланге засады, его видно не было. Те же, кто был на правом ангаре, огонь по колонне не вели, поскольку флаг увидели. Но связи между элементами боевого порядка не было и поэтому, несмотря на активную жестикуляцию с ангара, огонь прекратился далеко не сразу. Первый "Урал", получив гранату РПГ, съехал влево, второй сгорел прямо на дороге, третий уткнулся между домами и тоже сгорел. Остальные встали с многочисленными пробоинами.

Попав под обстрел, находившиеся в колонне открыли ответный огонь. Тем временем к месту происшествия поспешили подольчане. Во время перехода железной дороги были убиты один или двое из них. Прошло минут пятнадцать, прежде чем в огневой группе поняли, что колонна - своя. Тогда огонь был перенесен на частный сектор - "для отражения нападения боевиков". Беспорядочная стрельба продолжалась еще около двух часов.

Без следов

В первых официальных заявлениях по поводу случившегося говорилось о нападении боевиков и о задержании 80 или 90 подозреваемых. Больше ничего внятного не прозвучало - вплоть до заявления Старопромысловской прокуратуры о возбуждении уголовного дела против Фадеева, Левченко и Тихонова. Но негативный резонанс от трагической ошибки сразу же постарались смикшировать. По одной из появившихся позже версий, по колонне стреляли не только свои, но и боевики. Якобы стреляли со стороны частного сектора и с поля. Но поле лежит между дорогой и блокпостом, и не увидеть на нем людей невозможно. Кроме того, накануне прошел снег, на котором остались бы следы. Их не было. А повреждения, которые получили милицейские "Уралы", говорят о том, что все пробоины получены от выстрелов спереди и слева, где были только свои. Справа, откуда якобы стрелял противник, на машинах нет ни одной дыры.

Сразу после трагедии войска двинулись в частный сектор. Здесь были убиты два подростка, которых потом объявили группой отходящих боевиков. На самом деле один из них был умственно неполноценным. Увидев военных, он испугался и побежал. Второй стал его догонять, что и спровоцировало огонь федералов. И еще. Примыкающий район называется Собачевка. Он всегда отличался антидудаевскими настроениями местных жителей. Следователям они прямо заявили: "Если бы здесь были боевики, мы бы сообщили".

Все указывает на то, что омоновцы погибли в результате чудовищной ошибки. Но беда в том, что до сих пор никто так и не попытался разобраться, почему это стало возможно. Как получилось, что подразделение российских милиционеров устроило засаду на подразделение чеченской милиции? Ведь все эти пули и гранаты предназначались им, а ОМОН из Сергиева Посада лишь случайно принял их на себя...


Читайте также