0
2755
Газета Проза, периодика Печатная версия

03.09.2015 00:01:00

За родную сторону

Государство тоталитарного евразийства

Тэги: проза, альтернативная история, россия, война, евразийство, литература предупреждения


Ни одна красивая идея не оправдывает ужасов войны. Фото Reuters

У книги Казакова удивительная история. Ведущие российские издательства по различным причинам отказались публиковать роман, и «Черное знамя» вышло небольшим тиражом в малом издательстве – сейчас севастопольском, а прежде луганском.

Однако сложности привели к премиальному успеху. «Черное знамя» получило награду «Золотой Роскон» как лучший фантастический роман прошлого года. Буквально на днях произведение было удостоено премии критиков фантастики «Большая филигрань». А несколько раньше попало в лонг-лист «Русского Букера» – для книги фантастического жанра случай не уникальный, но весьма примечательный.

Действительно, вопрос «Что было бы, если?» – один из самых традиционных для фантастики. «Черное знамя» обращается к одному из ключевых периодов русской истории – началу XX века – и предлагает читателям иной, альтернативный вариант развития событий.

Главный герой романа Олег Одинцов (фамилия «говорящая» – в ней и одиночество, и ординарность) – член Партии народов России с 1922 года. Женат, имеет сына. Его жизнеописание, составляющее сюжет книги, раздваивается во времени на линию, рассказывающую о приходе к власти в России евразийского движения, и линию, рассказывающую о последствиях этого правления.

В этой версии истории сбылась вековечная мечта государственных деятелей России о контроле над проливами в Средиземное море, продолжается территориальная экспансия, да и экономические успехи молодого евразийского государства несомненны. Оборотная сторона медали – преследование всех мыслящих иначе и война на два фронта.

Писатель проворачивает незамысловатый, но провокационный альтернативно-исторический трюк, выдвигая на место главного агрессора XX века не нацистскую Германию, а Россию, понукаемую идеологией евразийства. Движение Партии народов России к власти, конечно, повторяет траекторию Национал-социалистической немецкой рабочей партии. С понятными поправками на иные реалии, иногда весьма забавные: например, первые собрания ПНР проходят не в пивных, а в помещениях обществ трезвости.

Схожую идеологическую инверсию осуществлял еще американский классик Синклер Льюис в романе «У нас это невозможно», описав превращение Соединенных Штатов в тоталитарное государство фашистского типа. А вот фантаст Гарри Тертлдав в коротком рассказе «Джо Стил» рассказал, как президентом США стал сын иммигрантов, скрывший свою труднопроизносимую для американцев фамилию под звучным «стальным» псевдонимом.

Дмитрий Казаков.
Черное знамя.
– Севастополь:
Шико-Севастополь, 2014.
– 384 с. (Другая история)

Альтернативная история разработана Казаковым досконально. Вопреки ожиданиям, историческая развилка установлена им не в 1917 году (наиболее очевидный и слишком простой вариант) и даже не в событиях Первой мировой, а во времена русско-китайской войны 1894–1895 годов, что отменяет и русско-японскую войну, и революцию 1905 года.

Справочный материал, описывающий и обосновывающий мир «Черного знамени», занимает несколько десятков страниц. Давление этого массива данных, пусть и не включенных непосредственно, «как есть», в книгу, выдавливает из текста художественную составляющую. Так что искать стилистические изящества не стоит.

Впрочем, заслуги «Черного знамени» не в отсутствующих литературных красотах или наличествующих альтернативно-исторических подробностях. Успех романа Казакова обусловлен точным попаданием в общественно-политические (и даже геополитические) реалии. Этим провокационным зарядом «Черное знамя», кстати, походит на книгу Льюиса, опубликованную в 1935 году, и позволяет Казакову выиграть по очкам у тех «общественно-значимых» авторов, которые вынуждены добирать актуальности публицистическими высказываниями в прессе или в Facebook.

Задуман роман был давно, работа над ним велась с 2009 года. Для писателя, когда-то считавшего нормальной скоростью работы четыре романа в год, такие сроки равным образом и аномальны, и показательны.

Нужно отметить, что пусть столь резонансное и болезненное попадание в нерв общества и стало в значительной степени результатом стечения обстоятельств, важное место среди этих обстоятельств занимают авторские усилия и его же, автора, позиция. В свое время из-под пера Казакова вышли невеселые «Русские боги» и «Высшая раса» – выпад против гламурной идеализации Третьего рейха, вермахта и красивой формы Hugo Boss, популярных некоторое время среди отдельных писателей-фантастов. «Черное знамя» – закономерное продолжение этой линии.

Критики в один голос характеризуют книгу как роман-предупреждение. И на сей раз пресловутые обстоятельства отодвигают на второй план тот факт, что предупреждение это не только и не столько против фашизма или нацизма, сколько против тотального идеократического государства.

На фоне довольно беззубой отечественной фантастики и многочисленных «попадаунов» в прошлое, реализующих там свои в(л)ажные мечты о «правильной» России – имперской, сталинской,  – возможны варианты – роман Казакова выделяется особенно ярко. На сегодняшний день «Черное знамя» – пожалуй, самое сильное произведение писателя, и планка для следующего романа поставлена высоко. 


Читайте также