0
4359
Газета Стиль жизни Печатная версия

18.10.2021 17:11:00

Дети, рожденные с компьютером в голове

Нового человека в СССР создавали с помощью идеологии, сейчас эту задачу решают технологии

Елена   Радченко

Об авторе: Елена Юрьевна Радченко – драматург.

Тэги: общество, дети, новый человек, технологии


Нынешние дети получают в руки айфон, толком еще не умея говорить. Фото Романа Пименова/PhotoXPress.ru

…Вот заходим мы в метро. Вместе с Павлом и коляской, на «Политехнической». Откуда ни возьмись, направляется к нам добрый молодец в желтой жилетке:

– Вам помочь?

Пока ехали на эскалаторе, объяснил, кому еще помогают, всех перечислил и добавил:

– И таким, как вы, молодым и красивым, тоже!

Что ж, Павел – безусловно, молод, а я, без сомнения, красива, – во всяком случае, в глазах Павла.

Пока ехали на эскалаторе, рассказал нам молодец в жилетке о правилах нашего дальнейшего поведения:

– Например, вы с Павлом в магазине, звоните по этому номеру и сообщаете, что через 15 минут будете на такой-то станции. Приходите – а мы вас уже ждем. У нас – один сотрудник на две станции. Если вы позвонили, а я – на «Академической», так я успею приехать... Вот сейчас куда направляетесь?

– С «Владимирской» – на «Достоевскую»...

– Позвоню – вас встретят!

Я подумала: может, нас с кем-то перепутали? Чего бы нас с Павлом прямо вот так вот встречать?

Прикатили мы на «Владимирскую», а там – двое из ларца. В желтых жилетках. Подхватили коляску и по ступенькам лестницы – наверх. Потом на эскалаторе спустили, а в вагон мы уже сами доставились.

Да, а напоследок они спросили:

– Вы ведь с «Политехнической»?

Вот такой вот соцреализм. Или даже «конфликт хорошего с еще лучшим». А что? Так и должно быть. Вот и Павел так считает. Значит, так и будет...

В вагоне ехала женщина, читала книгу «Селекция рыб». Толстую, и в ней – закладки. Кто она – ученый, фермерша, препод, жена рыбака? Читая, она улыбалась.

Живущие в школе под взглядами видеокамер
ребята привыкают: любой конфликт разрешит
просмотр видеозаписи. 
Фото Интерпресс/PhotoXPress.ru
Зашли парни:

– Добрый день, дамы и господа! Немного музыки, чтобы веселее было ехать по петербургскому подземелью!

С двумя барабанами и гитарой явно стало веселее...

Да, я понимаю, что не в тренде мы – бабушка, которая ездит с внуком в метро, должна кричать: «Бедные мы, несчастные!» Другим мешать не буду, но сама не хочу: каждый что видит, то и поет.

Передо мной – Павлик, стремительно набирающий необходимый жизненный опыт. Недавно он спалил свою первую микроволновку. Когда мы с ним приходим на детскую площадку, он говорит всем:

– Меня зовут Паша. Мне четыре года. Я смотрел «Щенячий патруль».

После такой презентации все смотрят на нас с уважением. Это очень важно – правильно подать себя.

Похоже, современные дети это умеют, и это радует. Не надо быть Татьяной Черниговской, чтобы понять: они рождаются с компьютером в голове. В два года берут дедушкин телефон, загружают в него игры, толком еще не умея говорить. Нового человека в СССР создавали с помощью идеологии, сейчас эту задачу решают технологии, конструирующие информационное пространство.

И, конечно, это немного напрягает. Нам-то, без этого встроенного в мозг компьютера, как с этим новым миром контактировать? Есть в нем какое-то для нас место? Уже пора начинать вопить по этому поводу?

Нас всех накрыла «новая нормальность» –
дистанция, общение на расстоянии
и все такое прочее.  Иллюстрация Pixabay
Вообще-то мы – люди пуганые и потому знаем: бояться нельзя. Наш страх перекраивает реальность самым жестоким образом. Стремление взрослых к безопасности детей привело к тому, что живущие в школе под взглядами видеокамер дети привыкают: любой конфликт разрешит просмотр видеозаписи, ничего личного, Большой Брат в курсе... Не странно ли: то, что для себя мы считали чудовищным – антиутопия Оруэлла «1984», – для наших детей нам кажется подходящим?

Мой единственный и подлинный страх навеян «теоремой о бесконечных обезьянах». Это – некое предположение статистической механики: ударяющие по клавиатуре обезьяны могут за неограниченно долгий срок случайным образом написать любой ранее известный текст. Во время пандемии я как никогда почувствовала себя одной из этих, ударяющих по клавиатуре. В обычной жизни всегда мог найтись человек, который скажет: «Что за чушь ты тут написала?» Также найдется и другой, который все поймет, как надо. Но что будет после пандемии, при которой людям запрещали работать, обещали кормить с ложки, и люди так и остались с открытыми от изумления ртами...

Если всех накроет «новая нормальность»: не заботиться о своих стариках, не ходить на кладбища в родительский день, не пожимать руки, не смотреть в глаза, соблюдать дистанцию от человека к человеку, – если люди примут это, автоматически любой текст о том, что с нами происходит, будет вынесен за скобки этой новой реальности. Останутся темы под диктовку: волонтеры и скрепы с печенегами.

Но вот посадили же шутки ради шесть макак перед компьютерами, набрали они «текст»: в каждой строчке только буква S...

...По дороге домой зашли на спортивную площадку, где к нам присоединился незнакомый старик. Двигался он с трудом, наверное, восстанавливался после инсульта. Амплитуда его движений на тренажерах составляла сантиметров двадцать от силы. Павлик взирал на него с изумлением, просто столбенел, как будто догадываясь, скольких усилий стоят старику столь малые достижения. Старику было приятно это внимание, он решил познакомиться: – А сколько тебе лет – четыре?

На спортивных снарядах старик и Павлик занимались по очереди, кто как мог. Старик радовался новому товарищу, подбегал сзади, «пугал». Павлик реагировал снисходительно, не включаясь в игру, но и не отрицая права старшего товарища играть с ним, раз уж тому так хочется. Когда мы уходили, старик спросил Павлика:

– Завтра выйдешь? 

Санкт-Петербург


Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.

Вам необходимо Войти или Зарегистрироваться

комментарии(0)


Вы можете оставить комментарии.


Комментарии отключены - материал старше 3 дней

Читайте также